Утром первым прибыл в управление сержант, он же и заколотил окно, потому что замену стекла нужно было ждать довольно долго – оплачивать работу должна была городская казна, а это всегда влекло за собой много документов и объяснений. А потом приготовил для Мажены крепкий кофе и предложил ей немного отдохнуть. Растроганная его заботой, ведьма сама уступила Алану его законное место, подтащила стул от одного из пустующих столов к его рабочему месту и все тихо, подробно ему объяснила. А он уже потом передал ее слова капитану, так как считал, что у Мажены нет сил. И сейчас он был очень удивлен.
– В камеру к беззащитной девушке? Или к наемнику, который, придя в себя, мог бы использовать их в качестве заложников?
– Ты стражница, – сдаваться капитан был не намерен, – могла бы что-нибудь придумать.
У Вейи не было настроения слушать их перепалку. Ее раздирало от нетерпения.
– Мне нужно еще раз осмотреть руку Бэтти. – сказала она, на ходу расстегивая теплый китель. В помещении было прохладно, но Вейе было жарко, она буквально пылала от нетерпения.
Не успела она ступить в короткий коридор, соединявший главное помещение управления и камеры, как Йормэ потянул ее назад, принюхиваясь.
– Пахнет кровью. – настороженно сказал он.
– Это моя.
Мажена проскользнула мимо них, опустилась на корточки перед защитным символом, нарисованным около камеры Бэтти, и за несколько мгновений развеяла его. Теперь кровавые линии на полу больше не имели силы и годились только на то, чтобы злить уборщиц…
Хотя, как заметила Мажена, Эдна здесь была и за помощницу, и за повариху, и за уборщицу. И ее бы Мажена не хотела подпускать к символам любой категории, даже если те утратили силу.
Вейя внимательно рассматривала руку Бэтти, терла метку пальцем, даже царапнула ее несколько раз, оставив на нежной коже розовые полосы.
– Что ты ищешь? – шепотом спросила Мажена, склонившись над правым плечом Вейи и вместе с ней разглядывая бледную кисть, изуродованную проклятой меткой.
За левым плечом пристроился Йормэ. Он тоже не понимал, что Вейя пыталась разглядеть, но терпеливо ждал, уверенный, что она и сама все объяснит.
– Я не знаю. – с заминкой отозвалась Вейя. – Не уверена… Мне нужно навестить Аниту.
– Что? – Мажена растерялась, но Вейя уже стремительно поднялась, едва не уронив замешкавшуюся ведьму на пол.
– Я скоро…
Йормэ придержал ее за локоть.
– Я с тобой.
– И я. – отозвалась Мажена. Она посмотрела на Алана и попросила: – Присмотришь тут за всем? Чтобы не было проблем.
Сержант кивнул. Присматривать и следить, чтобы не было проблем, было частью его работы.
Уже на улице, едва поспевая за Вейей, Мажена потребовала:
– Да расскажите, что происходит?
Йормэ бросил на нее веселый взгляд. Ему, с его длинными ногами, не составляло труда поспевать за почти бежавшей саламандрой.
– Нэйни пыталась убить Вейю. – сообщил он.
– Дочь управляющей доходного дома? – уточнила Мажена. Она помнила улыбчивую и дружелюбную Вилу и куда хуже помнила ее тихую сестру, которая совсем не была похожа на человека, способного кого-нибудь убить.
– Она. – подтвердил лис. – Утром проиграла нашему преступнику в Игру Смерти и направилась прямиком к Вейе. С кухонным ножом. А потом еще и тесаком ее разделать попыталась. Мы оставили Нэйни под присмотром сестры… Я предлагал ее связать, но меня не послушали.
Йормэ осуждающе покачал головой.
– Он загадал желание. – медленно произнесла Мажена, ощущая, как в мозгу ворочается какая-то мысль. Пока еще тяжелая и неповоротливая.
– Но зачем ему убивать кого-то из нас? – задумчиво произнес Йормэ. – Он ведь мог скормить Нэйни своей душе.
Ответа на этот вопрос у Мажены не было.
– Ночью… он тоже приходил. – призналась она. – И мог меня убить. Но не сделал этого. Так зачем ему убивать Вейю?
Они притихли. Каждый из них задавался лишь одним вопросом: «Что задумал этот проклятый псих?»
✧ ✧ ✧
Анита шла на поправку и должна была выписаться всего через несколько дней. Разговор со странной стражницей не удержался в ее памяти, тогда Анита была еще слишком слабой и запутавшейся в себе. Но оставшаяся после короткой беседы уверенность, что впереди ее ждет что-то хорошее, накрепко укоренилась в душе.
Поэтому, когда в палату ворвалась смутно знакомая рыжая стражница, Анита была даже рада ее видеть. И послушно протянула руку, на которой все еще розовел след от ожога.
Вейя скомкано поблагодарила ее, подняла рукав казенной пижамы и судорожно вздохнула.
– Они отличаются.
– Чего? – Мажена присмотрелась к метке и нахмурилась. – У Бэтти круг залит полностью.
Вейя кивнула. Это не могло быть ошибкой. Метки проигравшего и победителя отличались. Незначительно, но все же.
И если у победителя в незавершенный круг было вписано широкое кольцо с пустотой внутри, то у проигравшего это была огромная точка.
– Псих ненормальный, – выдохнула Мажена. Она поняла все раньше остальных.
Мажену часто называли сумасбродной и безрассудной, но она никогда, ни за что в жизни, не превратила бы себя добровольно в марионетку проклятия.
Чтобы не пугать Аниту, они покинули ее палату, и только в коридоре Мажена осмелилась высказаться:
