Ной почувствовал, как разочарование и боль слились в острое лезвие, пронзившее его сердце. Помимо его воли, у него вырвались едкие слова.
– Потому что я происхожу из рабочего класса? Из‑за моей семьи?
– Все совсем не так, – быстро ответила она. – Мой отец хочет, чтобы я сейчас же приехала домой.
Ной нахмурился при упоминании ее отца. У него появилась ужасная догадка.
Сделка, которую предлагал ее отец. Та, о которой она говорила, а затем напоминала ему, когда он медлил с ответом. Та сделка, которой он обещал заняться, потому что хотел, чтобы ее отец перестал давить на нее. Ной сдержал слово, довел все до конца, изучил все возможности и, наконец, вчера, после того, как его сотрудники подготовили документы, подписал соглашение о совместном проекте в Альтбурге.
У него заболела голова, и он почувствовал горечь во рту. Это было слишком большим совпадением. На следующее утро после того, как они получили его подпись на соглашении, Ильза решила уйти. Ее отзывал отец после хорошо выполненной работы?
– Или пришло время уходить, потому что ты получила то, что действительно хотела, – мое участие в совместном проекте с Альтбургом?
Все внутри его кричало, что это не может быть правдой. Столкнувшись с таким обвинением, она наконец назовет ему настоящую причину своего ухода. Но все, что он получил, – это ледяной взгляд.
– Ты действительно веришь в то, что говоришь?
Он не знал, что и думать. В этом и была проблема. Женщина, о которой он заботился, не стала бы так обращаться с ним, использовать его, чтобы получить то, что хотела, а потом уйти.
Но сейчас Ильза вела себя не как та женщина, которую он знал.
Возможно, в конце концов, он не так уж хорошо ее знал.
– Я верю, что в твоем уходе есть что‑то еще. Скажи мне, что это, и я постараюсь тебя понять.
– Ной, – сказала она наконец, – я надеялась, что мы расстанемся друзьями.
– Друзьями? Друзья доверяют друг другу. Они уважают друг друга. Но я знаю, что ты лжешь мне.
Он видел, как она вздрогнула, но все равно ничего не сказала. Это было отвратительно. Ее молчание говорило о многом. Это казалось невозможным, но придется признать тот факт, что Ильза была совсем не той женщиной, которой он верил. Иначе зачем ей отказываться все ему объяснить? Он предложил ей помощь, и у него хватило бы решимости и возможностей ей помочь.
– Что же случилось, что ты так срочно понадобилась отцу? Он нашел тебе другого аристократа в мужья? – Его голос был резким от обиды и гнева. – Или твой жених передумал и возобновил переговоры о вашей женитьбе?
Ильза напряглась, сердце забилось чаще. Но она по‑прежнему ничего не говорила.
До этого момента Ной убеждал себя, что ошибался. Но она отказалась опровергнуть его слова.
Неужели она действительно планировала бросить его, чтобы выйти замуж за человека, которого не любила, просто чтобы продолжить их очень чистую родословную?
Или, несмотря на все ее заверения, она все это время все еще была влюблена в своего бывшего жениха. Было ли это причиной того, что она упала, как спелый персик, в объятия Ноя?
И все же он ждал, что Ильза скажет, что не хочет уезжать. Он прижмет ее к себе и решит, как ей помочь. Тогда они могли бы остаться вместе…
– Мне жаль, что ты расстроен, Ной. – Она застегнула пояс парой ловких движений. – Я соберу вещи и уйду через двадцать минут.
Затем она повернулась и потянулась за своим чемоданом.
В такси по дороге в аэропорт Ильза по телефону забронировала билет на самолет. Следующий доступный рейс был в Лондон. Ей было все равно, куда лететь. Она не могла забыть горящие глаза Ноя и его хлесткие обвинения.
Ильза хорошо могла представить себе его реакцию, если бы сказала правду, – шок и смятение. Потому что он совершенно ясно дал понять, что не ищет постоянных отношений. Она сама была в смятении. Логика подсказывала ей, что влюбиться в человека всего через несколько недель после знакомства невозможно. И все же это произошло, и теперь она была в этом ужасном подвешенном состоянии, тоскуя по мужчине, которого не могла заполучить.
Ильза была с ним искренней и открытой, еще никогда и ни с кем она не была столь откровенной. Теперь она заплатила за это.
Она не думала, что можно испытывать большую боль, чем тогда, когда сказала, что должна уехать. Как мало она знала о жизни!
Когда он набросился на нее, обвинив сначала в том, что она заносчивая светская львица, которая бросила его, потому что он не принадлежал к знатному роду, а затем в том, что использовала его для заключения сделки, Ильзе больше всего на свете хотелось сказать, что он был лучшим мужчиной, которого она когда‑либо знала.
Но потом появились бы вопросы и требования. Ной был не из тех, кто принимает «нет» в качестве ответа, поэтому ей пришлось позволить ему поверить в эти ужасные вещи вместо того, чтобы открыть ему правду. Потому что, если бы он понял, как сильно она его хочет, он отнесся бы к ней по‑доброму, и тогда у нее не хватило бы сил уйти.
Она яростно заморгала, отгоняя слезы, застилавшие глаза. Она не могла позволить себе разреветься здесь, в такси.
