Желание полностью

Я с усилием сглатываю. Их по меньшей мере тридцать, а все наши, кроме Мэйси и меня, лишены своей магической силы.

– Плохо дело, – говорю я. У меня вспотели ладони – и это при том, что я сейчас состою из камня. – Может, нам с Хадсоном лучше сдаться, чтобы спаслись хотя бы вы?

Но Мекай поворачивается и говорит:

– Полно, Грейс. Их не так уж и много.

Лука ударяет кулаком о его кулак, и остальные делают то же самое. Все, кроме Джексона, который выходит вперед и говорит громко и властно:

– Я Джексон Вега, принц Двора вампиров, и мои друзья путешествуют под моей защитой. Предлагаю вам перестать преследовать нас, иначе на вас падет мой гнев.

Стражи поворачиваются к тому из них, который, в отличие от них, не одет в красное с головы до ног. Он облачен во все черное, и очевидно, что он тут главный.

– Не пытайся обмануть меня, Вега. Я точно знаю, что вы все, кроме вашей маленькой горгульи, лишены своей магической силы.

– Верно, Ред-жи-нальд, – говорит Хадсон, насмешливо растягивая каждый слог имени этого вампира. – Но мне же никогда не была нужна моя магическая сила, чтобы преподать тебе урок, не так ли? Кстати, как твоя нога?

Реджинальду это явно не по вкусу. Он сжимает зубы, злобно щурит глаза.

– Ты заплатишь мне за это, говнюк.

– Вероятно, когда-нибудь я и впрямь много за что заплачу, но определенно не тебе. – Хадсон окидывает взглядом остальных вампиров Стражи. – Я знаю, что вам, скорее всего, действительно хочется подраться, но как насчет того, чтобы присоединиться к победителям и ради потехи надрать вместе задницу вашему командиру? Как вам это? Что скажете?

– Что ты делаешь? – шиплю я. По-моему, зря он взвинчивает их. Это чертовски плохая идея.

Но Хадсон только подмигивает мне – подмигивает! – и чуть слышно спрашивает Мэйси:

– Как там идет создание портала, Мэйс?

– Он почти готов, – отвечает она, прикусив губу, и заканчивает чертить в воздухе волшебной палочкой какой-то сложный символ, после чего начинает чертить новый.

– Молодец, – шепчет Хадсон, затем опять обращается к Реджинальду: – Не знаю, Регги. По-моему, некоторые из твоих ребят обдумывают мое предложение. Может, избавим их от трибунала и просто сойдемся в бою один на один?

Реджинальд выхватывает из-за пояса короткий жезл, ударяет им по земле, и он превращается в посох. Должно быть, это какой-то сигнал, потому что все остальные стражи теперь тоже держат в руках посохи и начинают смыкать круг.

– Зря ты это, Регги. – Хадсон качает головой. – Мой брат ждет не дождется случая надрать кому-нибудь задницу с тех самых пор, как я украл у него его пару. А ты же знаешь, кто учил его, не так ли? Правильно, Кровопускательница.

Несколько стражей останавливаются, чтобы посмотреть на реакцию своего командира, и видят, что так оно и есть. Но это короткая пауза, и вскоре все они снова начинают двигаться к нам – теперь нас разделяет лишь около сотни футов.

– Ты не крал мою пару, – отрезает Джексон, переводя взгляд с одного стража на другого – и я испытываю шок. Не потому, что слова Хадсона не подействовали на него, а потому, что он не понял, к чему его брат клонит на самом деле. Хадсон ни за что бы не стал говорить Джексону таких жестоких слов, если бы у него не было плана. Как же Джексон может этого не видеть?

Хадсон закатывает глаза и с нажимом говорит:

– Не думаешь ли ты, что тебе следует забрать кое-что, брат?

– Да, Джексон, – вступаю в разговор я. – Думаю, тебе надо кое-что забрать.

Джексон встречается со мной взглядом, и я вижу, что до него наконец дошло.

– Разумеется, если уроков, которые ему дала Кровопускательница, вам недостаточно, то… – начинает Хадсон, но, прежде чем он успевает закончить фразу, Джексон переносится мимо стражей так быстро, что мои глаза не успевают за ним.

– Думаю, их было достаточно, – говорит он и бросает шесть посохов, отобранных у стражей, всем, кроме Мэйси. Я ловлю свой посох в воздухе, паря над остальными, чтобы можно было быстро повернуть туда, где я буду нужна.

Неожиданный ход Джексона на секунду ошарашивает стражей, но они солдаты и быстро приходят в себя. С высоты я вижу, что они собираются броситься на нас. Мекай шепотом спрашивает Мэйси, сколько ей нужно времени, и моя кузина показывает ему два пальца. Черт. Ей требуется еще две минуты. Но у нас нет двух минут.

Мои мысли несутся вскачь. Их слишком много, так что в бою нам их не одолеть. Надо как-то замедлить их продвижение, но как? Я оглядываюсь по сторонам, ища глазами хоть что-то, чтобы сделать это. Но вижу только деревья и траву. И тут мне в голову приходит мысль.

Я приземляюсь перед Хадсоном.

– Ты что-то придумала, детка? – спрашивает он, уже понимая, что раз я приземлилась перед ним, мешая ему броситься в атаку, то у меня есть план.

– Да, придумала, – отвечаю я – и, опустившись на одно колено, раскидываю руки и кладу ладони на траву.

Хадсон ухмыляется.

– Регги, ты хоть представляешь, на что способны горгульи?