Мы приехали, потому что не можем больше смотреть на бедствие наших сограждан-румын наверху в Марамуреше. Мы отправляли меморандум за меморандумом. Обращались во все мыслимые инстанции. В парламент, в правительство, к министрам, в регентство. Все было напрасно. Мы не получили ответ ни с той, ни с другой стороны. Теперь мы больше не знаем, что нам делать. Мы отправились в путь и целых две недели ехали сюда в Яссы, чтобы попросить румынских студентов не оставить нас в беде. Мы говорим от имени многих тысяч крестьян из Марамуреша. Они все на грани отчаяния. Мы – их священники, и мы не можем закрывать глаза на то, что видим каждый день. Наш народ гибнет. Это разрывает наше сердце».
Они несколько дней прожили у меня, а потом я им сказал: «Я вижу только одно единственное решение: мы должны объединиться и придать им новое мужество. Они должны знать, что они в своей борьбе не одиноки. Они должны знать, что мы боремся с ними, на их стороне и для них. Их судьба зависит от нашей победы».
Я послал Баню и Еремеиу в Марамуреш. Они должны были организовывать крестьян. Позже я послал еще Савина и Думитреску для поддержки. Тысячи крестьян из Борши и близлежащих долин вступали в наше движение.
Евреи тут же почуяли неладное. Они увидели опасность национального пробуждения румынского крестьянина и начали нас провоцировать. Когда они увидели, что это не приносит результатов, они прибегли к сатанинскому средству насилия: они подожгли Боршу и завопили, что ее подожгли румыны! Сразу еврейские газеты завыли как по команде. Они требовали принять строгие меры против румын, которые-де не постеснялись устраивать погромы в двадцатом веке.
На обоих священников евреи нападали, насмехались и били. Их протащили несколько километров и хотели побить их камнями. Наконец, обоих священников арестовали как агитаторов и подстрекателей и посадили в тюрьму в Сигету-Мармацией. Савина, Думитреску и дюжину крестьянских руководителей тоже арестовали и бросили в тюрьму в Кымпулунге.
Еврейские газеты «Adevarul» и «Dimineatza» открыли настоящий ураганный огонь лжи и подлости против арестованных, особенно против обоих священников. Они сидели в тюрьме и не могли защищаться. Все наши протесты, телеграммы, меморандумы и т.д. не имели ни малейшего успеха. Их просто заглушали крики, ругань и угрозы евреев.
Для большого марша, который мы хотели предпринять по Бессарабии, я в журнале «Земля предков» опубликовал следующий маршевый приказ:
«Товарищи!
1. Мы хотим отправиться в поход и перейти Прут под звуки старого румынского гимна объединения. Мы хотим посетить деревни между Прутом и Днестром. Мы хотим принести им наши песни. Мы, легионеры, хотим создать доброе братство с потомками Штефана Великого и Святого!
2. Марш продлится целый месяц.
3. Мы будем маршировать семью сильными колоннами с дистанцией между ними по 20 километров.
4. Прут переходим одновременно в семи точках. Крайняя правая колонна направляется к конечному пункту Четатя-Албэ, а крайняя левая на Тигину.
5. Весь марш проводится в пешем порядке, от Прута до Днестра.
6. День выступления – 20 июля. Отправляемся ранним утром. Час перехода Прута будет объявлен дополнительно».
Когда евреи узнали, что мы хотим идти в Бессарабию, чтобы растормошить национальную совесть румын, еврейская пресса устроила целый ураган нападок на нас: клевета, ложь, подстрекательство и угрозы наваливались на нас целый месяц.
Атаки с той же силой были направлены также против министра внутренних дел Вайда-Воеводы. Евреи требовали, чтобы Вайда немедленно подал в отставку с поста министра внутренних дел. Больше того! Его вообще нужно было «выбросить за борт», так как он, видите ли, осмелился разрешить нам, молодым румынам, марш по Бессарабии.
И все это потому, что мы хотели принести слово одобрения, утешения и надежды нашим братьям по ту сторону Прута. Экономически и политически Бессарабия полностью находилась в еврейских руках. Всякая попытка со стороны румын разбить эти рабские цепи, любое, пусть даже самое тихое посягательство на это темное господство Иуды сразу наказывается как преступление.
Под давлением еврейских атак и махинаций марш по Бессарабии был запрещен, причем именно в тот день, когда легионеры со всех сторон подходили к берегу реки Прут.
Я тут же написал протестное воззвание и распространил его в столице. В нем говорилось:
«Легион Архангела Михаила!
«Железная Гвардия»!
Призыв и предупреждение!
Жители столицы!
Марш «Железной Гвардии», который должен был пройти по всей Бессарабии, запрещен. Враги здоровой и сильной Румынии снова могут ликовать. Еврейские редакции «Lupta», «Dimineatza» и «Adevarul», эти отравители румынской души, уже целый месяц угрожают нам, ругают и оскорбляют нас в нашем собственном доме.
