Он вгляделся в бородатый профиль. Мужчина за рулем заметил взгляд.
– Что-то не так, сэр? – поинтересовался он.
– Тормози! – приказал Джон, решив, что добежит сам.
Автомобиль покорно замер. Дрожащей рукой, Джон дернул за ручку двери.
Но она оказалась заперта.
Водитель обернулся назад. На бородатом лице играла надменная ухмылка, а в руке был направленный на пассажира пистолет.
– Тебе привет от графа Корнштейна, – заявил он. – Он просил передать, что никто не смеет переходить ему дорогу! Так что сиди и смотри, как горит твой дом, а потом я тебя пристрелю.
Ледяной ужас пронзил тело Джона до кончиков пальцев, пробежал холодком по спине. Корнштейн добрался до него! Как?
– Кстати, твои жена и сын заперты внутри, – заявил водитель.
Джону показалось, что сердце ухнуло в пропасть. Он дернулся, чтобы вынуть оружие, но водитель покачал головой.
– Одно движение, и я…
Но в следующий миг Джон ухватился рукой за дуло. В глазах посланника Корнштейна мелькнул страх, и он спустил курок.
<p>Глава 11. Сэр Томас</p>Розалин шла по цветущему вересковому полю. Приближался полдень, летнее солнце сияло прямо над головой. Лицо овевал легкий ветерок. Фиолетовые цветы нежно касались ее тонкого небесно-голубого платья.
Ей было хорошо. Она вырвалась из какой-то темноты и теперь полной грудью дышала летом, вереском и бескрайним небом, по которому плыли, точно куски ваты, пухлые белоснежные облака.
Давно ей не было так хорошо!
Она даже оставила дома свой револьвер.
Не успела она об этом подумать, как позади раздался детский оклик:
– Мама!
Розалин обернулась и увидела пятилетнюю девочку с темным кудрями, бегущую следом по тропинке в фиолетовом, как этот вереск, платьице.
– Мама! – догнала ее Пэм (Розалин знала, что ее дочь зовут именно так) и взяла за руку. – Тебя деда зовет!
Сердце Розалин заполнила нежность. Как же она соскучилась! Она подхватила малышку на руки и расцеловала. Кудряшки пахли молоком и шоколадом, который привезли детям они с Алексом.
Детям? Да, несомненно! Ее сына зовут Дэниэл, Дэни… Ему почти год.
– Ты знаешь, как я люблю тебя, Пэм? – ласково проговорила она, шагая назад по тропе с девочкой на руках.
Маленькое личико просияло от удовольствия.
– Как? – спросила Пэм.
– Как отсюда до Лэмпшира и обратно! – рассмеялась Розалин.
– Что такое Лэмшир? – сдвинула бровки девочка, став ужасно похожей на своего отца.
– Есть такое место, очень далеко отсюда, – объяснила Розалин и, снова поцеловав детскую макушку, спустила дочку на землю.
Они уже зашли в тень деревьев, где Филипп, Алекс и няня, миссис Джонс, раскладывали снедь для пикника.
Дэни мирно спал в люльке под деревом, скрытый белым балдахином.
– Роззи, у нас все готово! – сказал ей отец.
В бородке и в голове у него прибавилось седых волос, зато глаза счастливо сияли.
– Я сейчас! – откликнулась Розалин.
Она чуть подтолкнула Пэм, и та побежала к Алексу.
– Папа! Что такое Лэмшир?
А Розалин подошла к люльке и откинула полог, чтобы взглянуть на сына.
