Отводим взор Птицы от кочевника, уменьшая масштаб. Хор умирающих деревьев разрастается по мере того, как другие хризалиды на полной скорости углубляются в лабиринт каньонов и гор-столбов.
Как бы мне ни хотелось остаться и хорошенько расспросить кочевника, Сыма И прав. С этим придется подождать до того момента, когда мы разделаемся с вражеским императором. Нельзя рыскать по горам, когда повсюду хундуны.
– Простите! – говорю я незнакомцу и рывком трогаю Птицу с места. Земля содрогается, лошадь встает на дыбы. Всадник едва не падает.
Он подбирает поводья и продолжает кричать, но в симфонии движущихся хризалид его не слышно.
Передовой ударный отряд, состоящий из самых сильных хризалид нашей армии, группируется вокруг нас. Они помогут нам уничтожить хундунского императора, в то время как остальные, выстроившись плотным полукругом, будут крошить хундунов помельче, не позволяя им досаждать нам слишком сильно.
Птица устремляется в каньон, Белый Тигр и Черная Черепаха следуют по пятам. Меня слегка нервирует необходимость довериться Цьело и Чжу Юаньчжану, но какие бы обиды они ни затаили против нас с Шиминем (и друг против друга), я верю, что они хотя бы временно забудут о них ради спасения человечества.
Наши крылья едва умещаются в расщелине между двумя первыми горами-столбами, а последующие каньоны сильно различаются по ширине. Большинство пиков выше нас раза в два, и это выбивает из колеи, ведь мы привыкли возвышаться над всем вокруг. Рельеф местности мешает нам следить за остальной армией – мы видим других хризалид только в узких просветах между скалами.
Тревога во мне нарастает. Впервые, находясь в кабине пилота, я чувствую себя маленькой и уязвимой, и это ощущение почему-то хуже, чем когда ты просто человек, без хризалиды. Не устояв перед искушением, включаю свой духовный сенсор и сканирую местность самостоятельно.
И зачем только я это сделала!
Небывалое духовное давление обрушивается на меня, словно поток ледяной воды, заглушая все остальное. В глазах чернеет. Птица спотыкается. Шиминю приходится упереться одним крылом в гору, чтобы не упасть.
–
Я задыхаюсь, приникнув к его духовной форме.
– Эй, ребята, у вас все в порядке? – слышится голос Сюин.
Черная Черепаха подходит сзади – грациозная, как ртуть. Хотя это хризалида класса «Принц», верхушка ее блестящего панциря едва достигает середины нашего корпуса. Тип Вода – самые мелкие из хризалид. Доминанта самой Сюин тоже Вода, поэтому глаза Черепахи практически не светятся, когда Сюин разговаривает. Зато, когда она увеличивает подачу ци, вся хризалида излучает едва заметную черную ауру благодаря текучести ци-Воды.
– Да, все в порядке, просто… – произношу я через Птицу со сдавленным, недоверчивым смешком. – Просто здесь хундун класса «Император», точно тебе говорю!
– Эй! – следует окрик Сыма И. – Прекратите разбазаривать ци!
Мы продолжаем путь, и больше я не включаю свой сенсор. Туманный покой, разлитый в воздухе, теперь воспринимается как опасная иллюзия.
Мы наконец обнаруживаем хундунов-простонародье – темное скопление под деревьями между горными пиками. Ой, что-то здесь не так! Стадо стоит абсолютно неподвижно. Ждет.
Хундуны никогда не стоят на одном месте. Обычно они роятся вокруг нас, как насекомые.
Это очень странно, но Сыма И торопит, и мы, взмахнув крыльями, устремляемся на врага.
А стадо удирает, виляя между деревьями.
Вот теперь мы испытываем настоящий страх. Весь ударный отряд приостанавливается.
Следует долгая пауза, а затем мрачный голос Главного стратега Чжугэ начинает грохотать из всех динамиков, в каждой кабине, разлетаясь по каньону жутковатым эхом. По его уверениям, стратеги понимают, что такое поведение для хундунов нехарактерно, но стадо, по всей вероятности, просто хочет вынудить нас пойти в атаку, чтобы мы израсходовали cвое ци. И если мы не поддадимся на провокацию, с нами будет все в порядке.
Идея просто, без боя следовать за стадом не вызывает у нас энтузиазма, но другого разумного выбора нет. Тем более что стадо бежит в направлении вулкана.
Мы пускаемся в погоню. Туман густеет. Узкие проходы между пиками постоянно вынуждают нас либо наклонять колоссальный корпус Птицы, либо складывать крылья. Мы нагоняем хундунов только тогда, когда столбообразные горы сменяются обычными, с более пологими склонами. Чем выше мы поднимаемся в гору, тем холоднее становится воздух, из весны мы попадаем в зиму. Щетинистые кроны деревьев на склонах одеваются инеем. Мы тонем в тумане. Мир окутан такой непроницаемой белизной, что когда Сыма И кричит нам: «Остановитесь, Император прямо перед вами!» – мне требуется целая секунда, чтобы разглядеть врага.
Я приняла его за гору.
Мороз подирает по коже. В реальности инь-ян я хватаю Шиминя за локоть. Вид этого исполинского создания действует ошеломляюще. Не могу даже представить себе, каково бы мне пришлось, встреться я с ним в своем человеческом обличье.
