– Если же я погибну на поле боя, – продолжал он, – вы, леди Силариэль, возглавите Неблагой двор вместо меня. Да будет так.
– А теперь пришло время назвать моего лучшего рыцаря, – провозгласила Силариэль, улыбка искривила ее лицо. – Леди Этин, поднимите за меня оружие. Вам выпала честь защищать доброе имя Благого двора.
Повисла зловещая тишина. Этин безмолвно покачала головой. На поле порывами дул ветер, взметая в воздух тучи снега.
– Как сильно, должно быть, вы меня ненавидите, – тихо проговорил Ройбен, и ветер, казалось, подхватил его слова, донеся их до зрителей.
Силариэль в своем морозно-белом платье грациозно развернулась и направилась к беседке, сплетенной из ивовых прутьев. Ее слуги помогли Этин облачиться в тончайшую броню и вложили длинный меч в ее ослабевшие руки.
– Идите, – сказал Ройбен Эллеберу и Дулкамаре.
Рыцари неохотно подчинились, покидая поле боя. Кайя видела сомнение на лицах фейри Неблагого двора, видела, как напрягся Руддлз, как он стиснул зубы и уставился на Этин мерцающими в полутьме черными глазами. Они тоже связали свои судьбы с Ройбеном и двором, однако сейчас верность их королю была шатка как никогда.
По краю выделенного для сражения поля бродил хоб, разбрасывая сушеные травы, чтобы обозначить границы.
Ройбен остановился на заснеженном поле, напряженно поклонился и обнажил меч. Меч изогнулся стальным полумесяцем, подобно поверхности воды, отражая блики света.
– Ты ведь не собираешься сражаться со мной, – проговорила Этин. Слова прозвучали скорее вопросительно, чем утвердительно.
– Ты готова, Этин? – Ройбен выше поднял руку, так что меч отбросил тень на лицо, разделяя его пополам.
Этин покачала головой. Нет. Кайя заметила, как судорожно она дрожит. Слезы покатились по ее бледным щекам. И сестра Ройбена отбросила меч.
– Подними меч, – терпеливо, как неразумному ребенку, посоветовал он.
Кайя очнулась и направилась к беседке, где восседала великолепная повелительница Благого двора. Талатейн направил на девушку лук, но не остановил. Лязг столкнувшихся мечей заставил ее обернуться к сражающимся. Этин покачнулась, отступила, вес меча тянул ее к земле. Кайе стало дурно.
Силариэль сидела на возвышении, в беседке, в ее медные волосы были вплетены тонкие ветви с темно-синими ягодами, удерживая на голове золотой венец. Она расправила белое платье и обратила взгляд на подошедшую.
– Кайя, – воскликнула она. – Какой сюрприз! Ты удивлена?
– Он еще до боя знал, что сражаться придется с Этин.
– Что? – нахмурилась Силариэль.
– Я ему сообщила, – Кайя присела на ступени. – После того как выполнила его дурацкое задание.
– Значит, теперь ты супруга короля Неблагого двора? – Силариэль вздернула бровь, улыбка ее была полна жалости. – Удивлена, что после всего он тебе еще нужен.
Это замечание неприятно ужалило. Кайе хотелось возразить, но слова комом встали в горле.
– Впрочем, после смерти Ройбена тебе уже не придется быть его супругой. – Правительница Светлого двора обратила взгляд к двум фигурам, сошедшимся в битве на снегу.
– Сомневаюсь, – протянула Кайя. – Вы ведете себя так, словно он по-прежнему тот мальчишка, который служил вам. А знаете, что он сделал, когда я рассказала об Этин? Рассмеялся. Рассмеялся прямо мне в лицо и сказал, что, без сомнения, одержит победу.
– Нет. – Силариэль торопливо обернулась к ней. – Он не стал бы, как делает сейчас, играть в кошки-мышки, если бы собирался убить ее.
– Думаете, дело в этом? – прищурилась Кайя. – А может, просто прикончить собственную сестру – не так уж легко?
Силариэль покачала головой:
– Ройбен жаждет смерти так же отчаянно, как жаждет меня. Однако не спорю, возможно, ему хотелось бы избавиться от этих желаний. Он позволит ей пронзить себя мечом, а потом с кровавой пеной на губах будет говорить ей на прощание милые глупости. Сейчас он лишь дразнит ее, чтобы вывести из себя, заставить замахнуться и нанести смертельный удар. Я знаю его лучше тебя.
От этих слов Кайя прикрыла глаза, но вновь заставила себя посмотреть на Силариэль. Нет, она не знала. И сама Кайя тоже понятия не имела, сможет ли Ройбен убить собственную сестру или нет. Она даже не понимала, что лучше: оба варианта были отвратительны.
– Сомневаюсь, – осторожно сказала она. – Сомневаюсь, что он желает ее смерти, но за свою жизнь он успел убить многих фейри, чьей смерти не желал.
Словно в подтверждение толпа зашумела. Этин лежала на снегу не в силах подняться, острие изогнутого меча Ройбена замерло в дюйме от ее горла. На его губах играла добрая улыбка, словно Этин всего лишь упала, а он пришел ей на помощь.
– Никневин принуждала его убивать, – быстро проговорила Силариэль.
Кайя позволила переполняющей душу ярости вылиться наружу:
– Теперь же его принуждаете вы.
Слова Ройбена разнеслись над полем:
– Поскольку корона Светлого двора достанется тебе уже после смерти, скажи, кому собираешься ее даровать. Хоть это исполню я для тебя как любящий брат.
Кайя затрепетала. Вот он, план! У Ройбена был план.
– Постойте! – крикнула Силариэль, вскакивая и устремляясь на поле. – Этого не было в нашем соглашении.
