Изабелла приложила пальцы ко лбу и закрыла глаза: ее ненаглядная подруга, хоть и ушла от сути проблемы в совершеннейшие дебри, умудрилась неожиданно для них обеих завести их в другие, еще более густые.
– Я же правильно понимаю, что ты все еще считаешь этот костюм вызывающим и именно поэтому хочешь его надеть? – поставила вопрос ребром Керолайн.
– Да, – обреченно кивнула Изабелла.
Она уже поняла, к чему клонит фрейлина, и осознала, что у нее не будет шанса на возражения; во-первых, потому что иначе придется выложить правду, а, во-вторых, потому что втемяшившую себе какую-либо мысль Керолайн переубедить все равно не представлялось возможным.
– Следовательно, ты хочешь обратить на себя чье-то внимание? – замерла в охотничьей стойке подруга.
– Да.
– И не просто обратить, а обратить – вызывающе! – задохнулась Кери, восторженно лелея свою чувственную мысль.
– Да.
Фрейлина упоенно запищала и подлетела к недвижному изваянию:
– А почему? – прошептала она, заслонив своими огромными голубыми глазами всю видимую часть комнаты.
Изабелла хранила гробовое молчание.
– Потому что он тебе нравится, да? – чуть дыша, пролепетала Кери.
– Да, – убитым голосом подтвердила Изабелла, откинув голову на дверцу шкафа.
– Очень?
– Да.
– Очень-очень?
– Да.
– А за что он тебе нравится? – приподнялась Кери на цыпочки.
– За все, – лишенным каких-либо эмоций голосом произнесла Изабелла, не меняя позы.
– А за что больше всего?
– Он сильный.
– Самый?
– Самый.
– А еще? – фрейлина поджала руки к груди и замерла тонкой стрункой.
– И умный.
– Самый?
– Самый.
– А еще?
– Он самый смелый, самый красивый, самый воспитанный, самый благородный, – начала механически перечислять Изабелла.
– И самый ласковый?
– И самый ласковый.
– И самый нежный?
– И самый нежный.
– Лучше всех?
– Да, лучше всех!
– И таких, как он, больше нет?
– Да, он один такой!
– И он совершенно невероятный?
– Да, Зорро самый потрясающий мужчина, которого я встречала в своей жизни! – не выдержав, рявкнула Изабелла.
– Ну ни хрена себе! – вдруг прогрохотал чей-то голос со стороны коридора.
Изабелле показалось, что ей в спину всадили раскаленный кол, и она с округлившимися глазами медленно повернула голову вправо.
На пороге стоял ее брат:
– Я стучал-стучал, думал, может, вы опять заснули, а тут вон что.
– Да! – радостно заявила Керолайн.
– Рикардо, это не то, что ты подумал, – побледневшими губами выдавила из себя Изабелла.
– Да тут даже думать не надо.
– Это совершенно не то…
– Ну конечно, – хмыкнула фрейлина. – Яснее и сказать было невозможно.
Изабелла закрыла лицо рукой и застонала.
– Да вернется скоро твой ненаглядный, – фыркнул Линарес. – Не надо так стенать.
Со стороны шкафа повеяло могильной тишиной.
– Ой, обед! – внезапно всплеснула руками Керолайн и бросилась к себе в спальню, где, побив все мыслимые рекорды по скорости одевания, натянула голубую амазонку, и, промчавшись мимо подруги, выскочила в коридор, увлекая за собой невероятно оживившегося Линареса.
Изабелла, не чувствуя ни тела, ни рук, ни ног, подплыла аморфной массой к кровати и упала на нее ничком.
Это конец. Теперь она забудет, что такое покой, ведь ее любящие брат и подруга при каждом удобном случае будут делать многозначительные лица, перемигиваться и перешептываться у нее за спиной.
Но что… Что еще она могла сделать? Да если бы Керолайн успела выхватить ее черную амазонку, и оттуда выпали бы плащ и маска…
Изабелла почувствовала, как по спине прошлась леденящая волна.
Это было бы пострашнее урагана или извержения вулкана. Ведь Керолайн, имевшая доступ во все слои общества, умудрилась узнать рассказ о Дымке на следующий же день после ее явления свету. Более того, она успела нашептать эту историю на ухо своей подруге по дороге на прогулку к океану, пока они вчетвером с Фионой и Шарлоттой ехали в карете. При этом фрейлина очень скептически отнеслась к поступку "какой-то пустоголовой девицы, явно желающей обратить на себя внимание Зорро", и Изабелла приложила нечеловеческие усилия, чтобы убедить ее в том, что это лишь очередная сказка, коими в изобилии было окутано имя героя в маске.
И если бы после этого Керолайн прямо на ногу свалилась подобный реквизит… Изабелла снова содрогнулась. Наверное, даже этот дом не устоял бы.
Сделать такую невероятную вылазку и оставить лучшую подругу в неведении. Да еще потом и отрицать сам факт достоверности ночного похождения. Пусть лучше они шепчутся. В конце концов, все население Эль Пуэбло сейчас думает точно так же.
Девушка перевернулась на спину.
Как у нее тогда хватило смелости на такой поступок? Что с ней произошло? Ей казалось, что она спит и с ней ничего не случится? Или она почувствовала эту свойственную южной теплой ночи атмосферу безопасности и уюта? Или ее поманил этот непередаваемый шелест и запах бесконечного океана? Или воздух родной земли потянул ее на свободу?
Она, ни на минуту не задумавшись, взяла свою легкую прогулочную накидку, надеваемую обычно во время дождя, отрезала от нее капюшон и сделала себе плащ и маску. Это было решение, принятое за долю секунды.
