Они все еще были живы лишь благодаря тому, что третье помещение стояло не в одном ряду с первыми двумя, а уходило вглубь, и ни одна из его стен не являлась внешней, поэтому потоку воды нужно было дважды изменить вектор своего давления, чтобы добраться до последней преграды. И все же это была лишь каменная дверь, а против нее сейчас восставал весь мировой океан…
Перед глазами снова все задрожало. Третий удар обрушился на скалистого исполина, охраняющего побережье Эль Пуэбло от сильнейших бурь и приливов. Сверху что-то затрещало. Раздался истошный визг: сквозь невидимые щели начала просачиваться вода. Со всех сторон доносился глухой тяжелый рокот. Изабелла в беспамятстве бросилась молодому человеку на шею и, целуя его в губы, исступленно зашептала:
– Мой сеньор, скажите, что Вы никому не отдадите меня! Я умру, если кто-то другой прикоснется ко мне! О, пожалуйста, не дайте этому произойти. Я могу принадлежать только Вам! – с надрывом вырвалось из ее груди.
Она не чувствовала оглушающего сердцебиения, не ощущала боли в теле от недавнего падения, не слышала мечущихся голосов за своей спиной.
– О, мой сеньор, – едва уловимо прошептала она, – молю, скажите, что я Ваша…
– Ты моя, – прозвучал его сильный голос.
И сразу же сбоку от них раздался сжимающий сердце железный скрежет.
– Линарес! К двери! – услышала она, понимая, что внезапно оказалась рядом со своей бесчувственной подругой.
Уже со стороны она увидела, как ее брат метнулся к каменной глыбе и как следом за ним кинулось еще несколько мужчин. Стало нечем дышать. Вода пробивалась в нескольких местах большими фонтанами. Над головой что-то царапалось и гремело: необъятная масса воды волочила по обнаженному уступу камни и вырванные с корнем деревья, обрушиваясь далеко за те пределы, за которые можно было успеть убежать.
Металлический гул стал превращаться в каменный треск, сопровождаемый человеческим стоном и криками. Все мужчины, находившиеся в пещере, прильнули к двери и держали ее руками и спинами, отдавая все силы на то, чтобы помочь гигантскому механизму справиться с напором стихии. Толща воды, непрерывно подходящая со стороны океана, заполнила до отказа два первых грота и теперь готова была ворваться в третий. Отступать было некуда. Последний рубеж отделял их от верной смерти. Такой мощный по сравнению с ними и такой незаметный для гнева природы…
Единственный догорающий факел брезжил в полумраке, освещая неровным светом до предела напряженные фигуры и черный каменный контур.
А если бы они побежали в сторону поселения? Пусть даже в экипажах или на отпряженных лошадях. Что было бы, если бы он не позвал их за собой? Их бы уже никого не осталось в живых? Хотя, может, судьба просто дарит им еще несколько минут…
Опять эта повязка на плече. Это точно не было ранением. Он там что-то скрывал.
Интересно, кто-нибудь увидел рисунок на его спине? Там наверху было темно, а здесь все же горел один факел. Изабелла положила голову на колени. И почему он оказался зажженным? Ведь Зорро никуда не уходил из второго грота, когда они попали сюда вместе в первый раз. Она вообще не могла и предположить наличие третьего помещения. А, оказывается, из второго зала был проход еще дальше.
Так глухо. За стеной совсем ничего не слышно, как будто все помещение забили ватой. Правда, она превращается в воду и просачивается сквозь щели. А сверху все грохочет, вода утягивает за собой поверхность земли…
Можно ли считать это примером схватки неодолимой силы с неодолимой преградой? Они так часто обсуждали это с учителями, а вот сейчас она видит это воочию. Кто бы мог подумать, что здесь такое происходит, и местное население знает, что это. Такое странное слово они все кричали. Цунами…
– Изабелла, ты слышишь меня?
Кто-то зовет ее.
– Изабелла, посмотри наверх.
Его голос. Странно, он же стоял у двери. Почему сейчас он так рядом?
– Моя малышка, все закончилось, слышишь? Ну же, открой глаза.
Его руки. Он так нежен.
– Кери, мой котеночек, не плачь, все хорошо, – послышался где-то вдали голос брата. – Вода ушла.
Со всех сторон начал пробиваться какой-то шелест. Под негромкое потрескивание факела и изредка сыпавшийся с потолка на пол каменный песок люди шепотом успокаивали друг друга и своих родных.
– Есть раненые? – внезапно громко и отчетливо прозвучал голос дона Алехандро.
В груди сразу же появился воздух, а из головы начала испаряться неприятная глухая вата. Изабелла осмотрелась по сторонам. Все сидели около стен небольшими группами. Наверное, семейными или соседскими кругами.
– Нет, вроде бы нет, – раздался ответ дона Антонио.
– Зорро, Рикардо, у вас кровь на спине и плечах, – перебил его дон Ластиньо.
Изабелла интуитивно перевела взгляд на плечо молодого человека: оно, действительно, все было покрыто порезами и царапинами. Девушка передернулась. Сколько сил отдал он и ее брат несколько минут назад, чтобы спасти тех, кто оказался заперт неумолимой водной стихией в каменной темнице? Ведь именно они приняли на себя львиную долю нагрузки. Напряжение в их высоких атлетических телах виделось до сих пор.
