— Аэлита? — эхом повторил Калинин. Судя по недоуменным лицам остальных гостей, только он и имел четкое представление, о ком идет речь. — Погодите, та самая Аэлита? Но как… как вы сумели?
Евгений кивнул, пряча торжествующую улыбку.
— Как я сказал — моя задача сделать каждый визит сюда незабываемым.
— Кто такая Аэлита? — не отрываясь от спиц, поинтересовалась Жанна.
— Уникальный музыкальный талант, самородок! На ее выступления невозможно попасть, только закрытые вечеринки для непростых людей. Она появилась из ниоткуда, словно действительно прилетела с Марса.
— С Марса? — удивилась хором парочка, а женщина прибавила: — Почему с Марса?
Калинин тяжело вздохнул, словно сетуя на чужую необразованность.
— Потому что «Аэлита» — это персонаж повести Алексея Толстого. Дочь марсианского короля, который, в свою очередь, был потомком атлантов. Книги читать надо, в них все ответы.
Парочка недоуменно переглянулась между собой.
— Что за фигня? — нахмурился мужчина. — Это каких атлантов? Тех, что утонули?
— Я тебе потом объясню, Геночка. — Женщина положила руку на плечо спутника, словно призывая того успокоиться.
— У Толстого была своя теория на этот счет, — снисходительно улыбнулся Калинин. — Но я уверен, что юное дарование не просто так выбрало себе псевдоним. Я не имел чести видеть и слышать ее вживую, но из того, что до меня доходило, зрелище это невероятное, ни с чем не сравнимое. Возможно, мне даже придется признать женское превосходство в искусстве.
И он сам засмеялся от невероятности своего предположения.
— А вы что же, сомневаетесь в том, что женщины могут в чем-то превзойти мужчин? — Жанна подняла на режиссера насмешливый взгляд, и ее спицы хищно щелкнули.
— Вовсе нет, — улыбнулся Калинин. — На самом деле я только и жду момента, когда смогу признать женское превосходство. О, сколько я видел попыток его доказать, знали бы вы. Я даже давал женщинам шанс удивить меня, предоставляя полную свободу действий, но вот уже сколько лет прошло, а я до сих пор в ожидании. — Он рассмеялся, вспоминая одну нелепую встречу.
Молодая женщина, он сейчас и не вспомнит ни ее имени, ни даже лица, сходя с ума от волнения, заикалась, лепетала что-то про невероятный талант. Да что они знают о невероятных талантах? Вивьен Ли им была, но стоило поставить рядом Марлона Брандо или Кларка Гейбла, как она тут же теряла внимание публики. Мария Каллас, безусловно, была талантлива, но умудрилась уничтожить все свое дарование из-за любви к мужчине, вытиравшему об нее ноги. Про всех этих Софи Лорен, Грет Гарбо и Мэрилин Монро и говорить не стоит — за их спинами всегда стояли мужчины. Неужели так сложно признать мужское превосходство и стать просто музой и соратницей? Позволить мужчине самому возвести тебя на пьедестал? А не лезть впереди планеты всей, пытаясь доказать, что женщины, у которых до недавнего времени и права голоса-то не было в некоторых странах, вдруг за несколько десятков лет совершили эволюционный скачок и превзошли мужчин по всем показателям? Если бы это было так, то на земле изначально царил бы матриархат.
История — бессердечная стерва, с ней не поспоришь. И она говорит нам вовсе не то, что за спиной у каждого великого мужчины стоит умная женщина, как утверждают все эти раздражающие постики в соцсетях, которые он просматривает время от времени, готовясь к очередному выпуску авторской передачи и знакомясь, так сказать, с общественным мнением. Кто стоял за спиной Александра Македонского, Наполеона, Эйнштейна или Теслы? Бред да и только. А вот за спиной каждой великой женщины обязательно обнаруживается кто-то мужского рода, стоит только присмотреться повнимательнее.
— А как вы об этой Аэлите узнали? — поинтересовалась после короткой паузы Жанна.
— Это я ему рассказала, — ответила вместо Даниила Анжелика, не заметив взгляд, которым ее одарил спутник. Перебивать его? Право слово.
— А вы о ней как узнали? — заканчивая ряд и принимаясь за следующий, снова поинтересовалась Жанна.
Анжелика потупила глазки.
— Поклонник рассказал. — Она неопределенно махнула пальцем куда-то вверх, что должно было символизировать, по всей видимости, близость ее поклонника к небожителям.
— Аэлита, Аэлита, — вдруг затряслась Грета. — Толкаешь их годами, соломки подстилаешь, дорогу освобождаешь, на трон усаживаешь, а потом приходит вот такая Аэлита…
За столом воцарилась неловкая паза.
— Понимаю, — после небольшой паузы кивнул Калинин. — Неприятно получается.
— Да ни хрена ты не понимаешь, — рассмеялась как безумная Грета. — Твоя эта, как ее там, у которой от тебя двое детей, она где сейчас? Очаг небось семейный разогревает, кашу там варит. А ты что? С этой своей… Анжеликой, — внезапно противным голосом передразнила она, — приехал слушать Аэлиту. Что за имена такие вообще?
— Не хуже, чем Грета, — огрызнулась Анжелика.
— Тебя вообще никто не спрашивает, — зашипела в ответ блогерша.
— Дамы и господа, пельмени со ставридой. — Дверь распахнулась, и на пороге появилась Дарья, успевшая незаметно исчезнуть некоторое время назад. В руках она несла большую, исходящую паром супницу.
