– Там есть кшэртрии, вполне вероятно, что им нужен целитель, – рассудительно заметил Ричард. – Или травница. Вообще, у нас ведь нет никакой реальной информации о Сером Доле. Нам придется все познавать на личном опыте. Говоря о реальной информации, я подразумеваю быт. Сколько целителей у оборотней и каков их статус, что они знают и умеют. Мне кажется, там должно быть очень мало по-настоящему опытных врачевателей – нет особого смысла выбирать такой сложный путь, когда твои сородичи в тебе практически не нуждаются. Оборотни ведь крайне редко обращаются к целителям.
– А еще тебе следует переодеться, – невпопад сказала Каэль и пояснила: – Надо спрятать браслет.
Арфель удивленно посмотрела на подругу:
– А разве смысл не в том, чтобы оборотни его увидели? Я не уверена, что смогу им воспользоваться. Вернее, я уверена, что воспользуюсь им ради спасения жизни, но мне бы хотелось обойтись одними угрозами.
– Да, а ты уверена, что тебе не прикажут надеть какую-нибудь хламиду с длинным рукавом? – выразительно хмыкнула госпожа Хемм. – Ты уверена, что не найдется какой-нибудь оговорки, что узы ша-раарти на человеческой руке надо прятать?
– И что ты предлагаешь? – нахмурилась травница.
– Всего лишь придержать козырь. Когда ты въедешь в Серый Дол, я тебя уверяю, комитет по встрече будет огромен. Вряд ли они захотят выразить тебе свое почтение, сама понимаешь. – Каэль невесело рассмеялась. – Но они обязательно придут посмотреть. И вот тогда-то ты сразу всем покажешь Лунного Убийцу.
– Хорошая идея, – кивнула Арфель. – Утром последнего дня пути я переоденусь в платье с коротким рукавом и забинтую руку. А ближе к Серому Долу – есть же там столица или город? – сниму бинт, но рукой постараюсь особо не шевелить.
Раздался дробный, нервный стук в дверь, и служанка, не дожидаясь разрешения, ворвалась в столовую:
– Там! Там делегация оборотней! С жу-у-уткими тварями!
– Прям жуткие? – хмыкнул Ричард и встал. – Вероятно, ты впервые увидела волкособов.
– Кого? – вздрогнула Арфель и тут же подхватила чашку, которая едва не перевернулась.
Пока целитель Дэррик подбирал слова для объяснения, его опередила Каэль:
– Особая порода собак. Обычные псы боятся оборотней, потому они вывели свою породу. Есть мнение, что интеллект у волкособов выше, чем у обычных псов.
Травница только тяжело вздохнула: мало ей оборотней, так у них еще и собаки непростых пород. Это ж какие там монстры, если они оборотней не боятся? С одной стороны, Арфель всегда любила собак, и чем крупнее и лохматее – тем больше счастья. Так и не сподобилась завести себе пса. А с другой стороны, она неделями в лесу пропадает… пропадала, какой пес это потерпит? С собой брать – ну уж нет, собаки по деревьям не лазают, а смотреть, как волки сжирают родную душу, – да ни за что!
– А еще есть мнение, – вступила Эзра, – что оборотни своих псов дрессируют. И проводят жестокий отбор: агрессивных, необучаемых псов усыпляют, и потомства от них не остается и линию не портит.
– Скоро мы все это увидим, – подытожила Арфель. – Идем знакомиться?
Ричард вышел за дверь первым, что очень не понравилось госпоже Хемм, и она заворчала:
– Он, конечно, мужчина. Но боевик тут я, вообще-то.
– Мы вроде не должны нападать, – шепнула в ответ травница. – Может, он решил "жутких тварей" подстраховать? А то вдруг мы решим испепелить их всех вместе с нид Энтаном и сказать, что просто испугались и не заметили князя луны. Или лунного князя? Как его правильно?
– Князь Луны, – коротко бросила Эзра. – А вот княгиня была бы лунной, но такого не было ни разу. Вернее, было – лунная княгиня и князь луны привели оборотней в наш мир. После ее смерти лунных княгинь больше не было.
Выйдя на улицу, Арфель с трудом подавила позорное желание юркнуть обратно в дом. Твари и правда были жуткими: лохматые, мощные псы размером с теленка заполонили сад. Госпожа Льефф попробовала пересчитать волкособов, но потерпела сокрушительное поражение – они слишком быстро перемещались. Псы кружили по саду, но при этом не подходили к людям и держались на расстоянии от оборотней.
Арфель прищурилась и, не обнаружив ти-Риэла, облегченно выдохнула. Ей было очень стыдно, что ее проблемы заставили подругу ощутить застарелую боль. Но кто это, рядом с нид Энтаном? Высокий, почти одного роста с князем луны, крепкий, загорелый. Волосы белые-белые, но брови темные. Неужели красит?
Илуор сделал несколько шагов вперед и поклонился:
– Арфель Льефф.
– Милорд, – ответно склонила она голову. – Пришло время выхода?
– Да, – кивнул оборотень и добавил: – Но есть и другие вести. Я приношу свои искренние извинения за то, что вы были вынуждены находиться в обществе свободного бойца ти-Риэла. И я должен объяснить, полагаю, отчего это произошло. Да, я знал, что он изменил вашу память, но, к моему глубокому сожалению, мне не пришло в голову, что это было сделано без вашего на то позволения. И без вашей на то просьбы.
Травница подавила непристойное звукобуквенное выражение своего недоумения и очень вежливо спросила:
– А вы считаете, что я могла попросить его об этом?
