Меня выносит из метро вместе с десятками других пассажиров. Все мы одновременно устремляемся к дверям, проносимся вдоль платформы и вверх по эскалатору. Мое тело словно плывет по течению. Такое чувство, что у меня нет особого выбора в этом вопросе. Наконец, оторвавшись от людского потока, останавливаюсь на тротуаре перед станцией, чтобы собраться с мыслями и определиться, куда именно двинуть дальше. Моей отправной точкой должен быть банк. Даже не знаю, когда в последний раз заходила туда. С трудом могу вспомнить какие-то конкретные имена или представить себе какие-то лица, но, надеюсь, найдется имя, которое пробудит что-то в памяти. Кто-то, кто захочет поговорить со мной о Томе.
Переступив порог «Мур энд Уэллс», я сразу начинаю обшаривать глазами вестибюль в поисках какого-нибудь знакомого сотрудника. На какой-то неловкий момент кажется, что я лишь зря трачу время, но тут же чувствую облегчение, когда ко мне подходит знакомого вида мужчина, одетый в темно-серый костюм. Вспышка узнавания пробегает и по его лицу.
– Доброе утро, – говорит он. Глаза у него широко расставлены, переносица сплющена – нос боксера. Как раз это и подстегнуло мою память. – У вас тут назначена встреча?
Смотрю на серебряный значок с именем у него на лацкане. «Эндрю Нортон». Энди. Новичок в банковском бизнесе, как мне припоминается с того последнего раза, когда меня приглашали на один из деловых обедов фирмы. Мы тогда с ним зацепились языками, болтая об инвестиционном банкинге – не самая волнующая тема. Никогда не забуду, что такой разговор был, но хоть убей не смогу восстановить, о чем конкретно этот Энди тогда говорил, если кто спросит. Это те несколько часов моей жизни, которые я никогда не верну.
Мимолетно припоминаю, как Том всегда рассказывает о своем рабочем дне только с той точки зрения, как он его воспринял, не вдаваясь в конкретные подробности, – и как раз потому, что знает, насколько скучны банковские разговоры для всех, кроме самих банкиров.
– Привет, Энди, – говорю я, поднимая на него взгляд. – Я Бет. Жена Тома, помните? – Секунду выжидаю. – Нет, ни с кем я не договаривалась – просто оказалась поблизости, вот и решила заскочить.
– А, ну конечно, – с энтузиазмом отзывается он. – Мне сразу показалось, что лицо знакомое…
– Здесь есть кто-нибудь из обычных коллег Тома?
Под «обычными коллегами» я подразумеваю тех, кого он считает своими приятелями, но не говорю этого прямо, поскольку по какой-то странной причине не хочу ранить чувства Энди, предполагая, что он не входит в их число.
– Они очень редко опускаются до этого уровня, – отвечает Энди, выгнув бровь. Да, он явно полностью осознает, что не «один из них», хотя мог и просто иметь в виду первый этаж, на котором расположен вестибюль. – Давайте я проведу вас через охрану, которая выдаст вам пропуск для посетителей, а потом, если вы подниметесь на третий этаж, то наверняка сможете найти кого-нибудь, кто может помочь. – Лицо у него внезапно мрачнеет, глаза начинают бегать по сторонам. – Мне… э-э, очень жаль. Понимаете, услышать про то, что его…
– Да, спасибо, – быстро перебиваю я, не желая слышать, как Энди произносит эти слова. – Как и следовало ожидать, это и для меня было полным потрясением.
– Ну да, ну да… Могу себе представить. – Глаза его расширяются. Выглядит он так, словно собирается что-то добавить, но тут же передумывает и снова закрывает рот.
Молча проводит меня за барьер и провожает к лифту.
– Я дам им знать, что вы поднимаетесь, – говорит он, криво улыбаясь мне. – Был рад вас снова видеть.
– Я тоже, Энди. И спасибо.
Двери лифта закрываются. Краем глаза поглядываю на зеркала – ими увешана вся кабина, так что трудно полностью избежать своего отражения. Берусь за ткань блузки на плечах, приподнимая и расправляя ее, затем провожу пальцами по волосам и приглаживаю их, чтобы привести в порядок. Времени обновить помаду на губах уже нет, поскольку двери с шипением открываются.
– Бет! Вот это сюрприз! – Не успеваю еще полностью выйти из лифта, как меня встречает сильный шотландский акцент. Босс Тома. К счастью, его имя сразу всплывает в памяти, как только я его вижу.
– Здравствуйте, Александер, – говорю я. – Давненько не виделись.
– Послушайте, у меня тут назначено несколько встреч, но я могу быстренько все переиграть, поскольку это вы, – говорит он, кладя здоровенную багровую ручищу мне на плечо и провожая меня через этаж в свой кабинет. Чувствую тепло его ладони сквозь блузку и слегка поеживаюсь, чтобы избежать этого. Почему ему обязательно нужно меня потрогать? Тоже помню это с того ужина.
– Давайте присаживайтесь. Выпьете что-нибудь?
Собираюсь уже отказаться, но потом решаю, что мысль неплохая, поскольку это даст мне дополнительное время, чтобы расспросить его о Томе.
– Да, белый кофе[24], без сахара, если можно.
