Жена серийного убийцы полностью

На мгновение ничего не могу разобрать из-за шума кофемашины. Затем странный гул усиливается. И вроде как приближается. Озираюсь по сторонам, пытаясь определить его источник, и когда уже собираюсь поднять жалюзи на кухонном окне, кофемолка машины вдруг выключается, и я сразу понимаю, что это за шум.

– Поппи, – зову я, выбегая из кухни в коридор.

Она уже присела на корточки перед дверью, поднимая что-то с коврика.

– Поппи, нет! – кричу я. Она вздрагивает, и ее маленькая ручка разжимает хватку. На пол сыплются какие-то маленькие карточки, и Поппи смотрит на меня, ее нижняя губа дрожит. – Прости, милая, я не хотела тебя напугать. Я просто не знала, что там у тебя, – добавляю я более спокойным голосом. Странный шум, который я уловила с кухни, здесь, у двери, гораздо слышнее. Люди. Какофония голосов. Причем источник находится за пределами моего коттеджа.

Подбираю рассыпанные Поппи картонные прямоугольнички. Все это визитные карточки журналистов. Чертовы журналюги… Началось… Они знают про Тома. Выяснили, где мы живем, и теперь хотят отхватить свой кусок пирога. Ублюдки. Как они смеют? Бросаю визитки на столик в прихожей, беру Поппи за руку и веду ее наверх. Ее спальня – в задней части коттеджа, так что по крайней мере сейчас там тихо. Что же мне делать?

Теперь от одной только мысли о том, чтобы дойти до кафе, меня бросает в дрожь – вряд ли они еще не в курсе, что оно принадлежит мне. И как же теперь вести Поппи в садик? Я уже видела такое по телевизору – как они преграждают вам путь, выкрикивают вопросы, щелкают камерами. В лицо нам будут светить фотовспышки, они будут преследовать нас всю дорогу. Это просто ужасно – нельзя позволять им так себя вести.

Вся дрожу, когда звоню Адаму. Вряд ли он сможет что-то с этим поделать, но мне станет немного легче, если я поделюсь своими страхами. Звонок переключается на голосовую почту. Вот черт… Уже почти девять – он, должно быть, уже отвез Джесс и теперь едет на работу. Слишком поздно обращаться к нему за помощью. Отвожу Поппи в гостиную и включаю телевизор, сразу ощутив укол вины – в последнее время я слишком уж часто прибегаю к этому испытанному средству.

Галдеж за окном усиливается. Я держала шторы задернутыми и теперь не осмеливаюсь даже носа за них высунуть, чтобы меня не засекли. Голоса звучат все громче, все настойчивей.

Слышу сильный стук в дверь.

Игнорирую его.

Стучат опять. Потом еще раз. Хочу заткнуть уши, как в детстве, когда мои родители ссорились. Отключиться от всего этого. Отгородиться от всех.

– Да отцепитесь уже! Оставьте нас в покое! – Эти слова гневным шипением срываются у меня с губ.

– Кто там, мамочка? – Глаза у Поппи широко раскрыты. Шум пугает ее.

– Какие-то глупые люди, которые пытаются привлечь мое внимание, маленькая моя Поппи-поппет. Бояться нечего – они скоро уйдут. – Эти слова звучат вполне убедительно, несмотря на весь мой пессимизм.

Снова слышится барабанный стук во входную дверь – кто-то уже без передышки колотит в нее. Затем сквозь шум вдруг слышу знакомый голос.

Снимаю цепочку, приоткрываю дверь, и внутрь протискивается Джулия. Смотрит на Поппи.

– Ничего себе… Доброе утро, подруга, – добавляет она, быстро приходя в себя.

Выглядит Джулия потрясающе. Натуральная кинозвезда – подозреваю, что сейчас она в своей стихии. Моя новая подруга приглаживает волосы, поправляет кремовый жакет и хлопает в ладоши.

– Итак! – радостным тоном восклицает она. – Сегодня мы сыграем в одну игру, Поппи, – ты готова? Мы с моими ребятами уже играли в нее, и мне бы очень хотелось, чтоб ты тоже присоединились.

– Если эта игра не в том, чтобы швыряться камнями в журналюг, то ей неинтересно, – бормочу я.

– В какую игру? – сразу оживляется Поппи.

– Это немного похоже на игру в прятки. Знаешь такую?

– Мы с папой играли в прятки, – лепечет она.

– Отлично! Тогда ты ведешь. Через минуту я выведу тебя через заднюю дверь, а мама поможет тебе перелезть через садовую ограду, – говорит Джулия, искоса поглядывая на меня. Я понимаю, что именно она затеяла, и очень благодарна ей, поэтому позволяю ей продолжать. Само ее присутствие здесь тоже слегка успокоило меня – видно, зря я переживала, что Джулия чувствует себя слишком неловко после того пьяного вечера, чтобы снова заговорить со мной.

Поппи уже собрана, и после того, как я убеждаюсь, что за домом никого нет, Джулия берет ее за руку и спокойно ведет к дальней части ограды. Мне приходит в голову, что та малость высоковата для Джулии, учитывая то, как она одета, но прежде чем я успеваю предложить ей стремянку, она задирает юбку чуть ли не до пупка и быстро влезает на каменную стену.

– Ого! – говорю я. – А ты ловчей, чем кажешься.

– Нахалка!

Когда Джулия спускается с другой стороны, я поднимаю наверх Поппи, и та выпрямляется, опасливо балансируя на стене. Сердце у меня бешено колотится – боюсь, что она упадет, хоть я и держу ее за ноги. Джулия перехватывает их и опускает ее с другой стороны.

Голова Джулии появляется над стеной.

– Просто какой-то кошмар, – говорю я.