Кладовые я хорошо рассмотрела ещё во время фасовки ингредиентов, а вот спальни охотников не видела даже при осмотре дома до аренды.
Комната Торико оказалась приятно-зелёной, с плотными тяжёлыми шторами на окнах и огромной круглой кроватью. Сам охотник так оглушительно храпел, что я не решилась заходить внутрь и ограничилась взглядом из дверного проёма. Пусть спит. Когда Торико спит — он не ест, а еды у нас не так уж и много.
К Санни я постучалась. Охотник, насколько я его знала, точно не уснул бы в замкнутом пространстве в первый же день. У него была лёгкая форма клаустрофобии, но о причине её появления я никогда не спрашивала. Ясно же, что всё из детства.
Санни открыл мне дверь и смерил мрачным взглядом.
— Могу я комнату осмотреть? — улыбнулась я. — Интересно же.
Охотник кивнул и посторонился.
У него оказалась самая гармоничная комната из всех. Здесь дизайнер, похоже, оставил кусочек души.
Светло-бежевые стены украшала ненавязчивая ручная роспись, изображавшая плющ и цветы. Тёмно-коричневый пол выглядел как плодородная, жирная почва. И тут был коврик!
На окнах — лёгкие занавески, на подоконнике — два немного пожухлых кактуса. Из мебели имелся диван, кровать, тумба, шкаф и огромный будуар. Будуар! Не удивлюсь, если Санни купил его на рынке заранее, потому что вряд ли в лифтодоме предполагалась такая деталь.
— Ты выбрал себе самую красивую комнату, — сказала я.
— Разве могло быть иначе, масик? Я предпочитаю лучшее.
По его взгляду было понятно, что он говорит не только о комнате.
Это меня неожиданно смутило. Я подошла к подоконнику и прижалась лбом к тёплому стеклу. Из окна был виден только песок. Даже следующие лифтодомы оказались скрыты за жёлтой непроглядной завесой.
Санни подошёл ко мне сзади и положил руки на подоконник по сторонам от меня. Несмотря на приобретённые гурманские клетки, я всё ещё оставалась слишком низкой по сравнению с Королями.
От охотника веяло прохладой. Такой эффект давал его любимый одеколон, который в этой жизни делала Рин. Запах оказался даже лучше, чем я помнила: свежий, мятно-арбузный, но при этом яркий и запоминающийся. Очень приятный и знакомый по множеству жизней.
Санни щёлкнул пальцами. Свет в комнате погас.
— Побудешь со мной? — спросил охотник. — Мне не слишком уютно в замкнутом пространстве в одиночестве. Просто… полежим.
— Конечно.
На диване в гостиной я не спала ни разу за весь месяц.
========== Глава 33 ==========
Пустынный городок, название которого я никак не могла запомнить (я называла его Песчаными садами), оказался намного оживлённее, чем я когда-либо помнила. Повсюду сновали гурманы и репортёры, довольные торговки и мальчишки-разносчики ручейками текли по широким улицам.
У Санни были здесь свои знакомые, так что по магазинам он ходил один. В это время мы с Торико сидели под тентом, прячась от солнца и наслаждаясь прохладными напитками. Я пила воду, она меньше всего отдавала плесенью. Торико — какую-то невообразимо сладкую шипучку с клубнично-ромовым запахом.
Ненасытный то и дело поглядывал на меня, я же вылавливала из воды кусочки льда и задумчиво грызла их. Зубы, как и всегда во время еды, становились острыми и совсем не реагировали на низкую температуру. Будто сахар грызу.
Торико дулся. Старательно выражал своё недовольство в мрачных взглядах, поджатых губах и надутых щеках. Мою еду есть не отказывался, но каждый приём пищи превращал в фарс: жевал и глотал с таким выражением, будто делал мне одолжение. Хотя всё равно было видно, что блюдами он наслаждается, да и периодически у него вырывались довольные возгласы.
Причина упавшего настроения у Ненасытного была всего одна — Санни. Точнее, мои ночевки вместе с ним.
Ничего криминального, на самом деле, не было. Мы просто лежали на кровати, я рассказывала Санни какие-то истории из своих жизней или описывала самые интересные ингредиенты. Воплощений я прошла много, так что тем для подобных сказок накопилось достаточно, чтобы говорить без остановок не один год.
Под звуки моего голоса Санни засыпал. Его не мучили кошмары и надуманные страхи, и даже клаустрофобия отступала во время моих рассказов. Возможно, из-за этого традиционные психозы у Санни практически не проявлялись.
А вот Торико в это время спал без задних ног. За день он уматывался из-за физкультуры, прописанной Ичирью, и во всём этом я ощущала заботливую руку Зебры. Как-то я ему пожаловалась, что кипучую энергию Торико во время путешествия в лифтодоме просто некуда деть…
Мои совместные с Санни ночёвки мы секретом не делали, да и смысл? Торико всё равно бы понял, что от меня пахнет одеколоном брата.
Сам Ненасытный пару раз пытался полежать с нами, но в итоге засыпал под мои рассказы, начинал вертеться и пинаться, и в итоге выгонялся раздражённым Санни из комнаты.
