Хасан отвечал: «Вино, которое мы заготовили в расчёте на слона, не залить внутрь муравьёв».
Всякий раз, когда собрание горячо откликалось на его слова, он поворачивался к Рабие и говорил: «Ах, ты хоть и скрыта под покрывалом, все эти страсти не более чем уголёк в твоём сердце».
Если бы восторг Божественной любви, который я пережила, был дарован людям, ни один не остался бы незатронутым этой любовью.
Неизвестно, принадлежат ли самой Рабие стихи, которые ей приписывают, или она использовала стихи других поэтов, цитируя их по памяти в подобающих случаях. Последнее более вероятно. Ниже приводятся три таких стихотворения.
I. О Боже, если завтра, в Последний День, Ты отправишь меня в ад, я открою такую тайну, что ад тысячу лет будет избегать меня.
О Господи, определи недругам Своим – из дольнего по Своему изволению, близким Своим – из горнего по Своему изволению, мне же достаточно Тебя Самого.
О Боже, если люблю Тебя из страха перед адом – испепели меня в аду. Если люблю Тебя в надежде на рай – изгони меня из рая. Если же лишь ради Тебя Самого обожаю Тебя – не утаивай от меня Своей непреходящей красоты.
Если завтра Ты бросишь меня в ад, я стану громогласно взывать: «Тебя одного я любила! И так-то Ты поступаешь с близкими?»
Голос ответил ей:
– Не питай подозрений! Да будут мысли твои обо Мне чисты, ибо Я допустил тебя в круг близких Моих, чтобы могла ты соединиться со Мной.
Она также говорила:
– Мое единственное тружение, мое единственное желание в этом мире – помнить Тебя, а в мире ином – видеть Твой лик. Вот и всё, что потребно мне, теперь же поступай по изволению Своему. Даруй сердцу моему Свое присутствие или прими молитвенную опустошенность моего сердца. (Аттар,
Аттар в «
