– Мое честолюбие по большей части имеет отношение к вам, – твердо взглянула на него мадам Мерль.
– Вот что я и пытался объяснить: я – часть вашей жизни, не говоря о тысяче других людей. Вы эгоистичны? Никак не могу согласиться. Ежели вы эгоистичны, что тогда сказать обо мне? Ну, подберите же для меня подходящий эпитет.
– Вы ленивы. Стремление к праздности – худшее ваше качество.
– А на мой взгляд – лучшее.
– Вас это нисколько не волнует, – мрачно отметила мадам Мерль.
– Нет, не слишком. Тоже порок? Да, я не поехал в Рим, и тому причиной лень. Но не только…
– Не поехали – и ладно. Для меня это неважно, хотя я была бы не против вас повидать. Однако хорошо, что теперь вы не в Риме – ведь подавшись в столицу, могли бы задержаться там и на месяц. Мне кое-что от вас надобно именно здесь, во Флоренции.
– Не забывайте о моей лени, – напомнил Осмонд.
– Я-то помню, а вот вас умоляю о ней на время забыть. Проявите достоинство – и получите награду. Дело несложное, однако может оказаться весьма интересным. Когда вы последний раз завязывали новые знакомства?
– Пожалуй, еще до того, как впервые встретил вас.
– Тогда сейчас самое время. Хочу представить вас одной подруге.
Мистер Осмонд вновь приблизился к двери в сад и остановился, посматривая на дочь, бродящую под яркими солнечными лучами.
– Какая мне с того польза? – грубовато, но добродушно осведомился он.
– Вы неплохо развлечетесь, – обдумав ответ, после долгой паузы произнесла мадам Мерль.
– Что ж, придется поверить на слово, – хмыкнул Осмонд, встав напротив нее. – Кое в чем я вам доверяю целиком и полностью. К примеру, убежден, что вы всегда отличите достойное общество от неподходящего.
– Достойного общества не существует.
– Ах, пардон! Знания, которыми вы, на мой взгляд, обладаете, – вовсе не расхожие клише. Вы получили их так, как и должно, – методом проб и ошибок, сравнив между собою невероятное количество в разной мере невыносимых людей.
– Что ж, предлагаю вам извлечь для себя пользу из этого знания.
– Пользу? Полагаете, я смогу?
– Во всяком случае – надеюсь. Однако все зависит от вашего желания. Боюсь, не в моей власти заставить вас совершить усилие…
– Все ждал, когда последует нечто утомительное, и вот вам пожалуйста… Господи, что в этом мире вообще стоит усилий?
Мадам Мерль вспыхнула, словно ей нанесли обиду.
– Не будьте глупцом, Осмонд. Ежели вы не знаете, что стоит усилий, кто тогда знает? Помню, каким вы были в прежние времена…
– Признаю, порой в нашей убогой жизни случается всякое – хоть и крайне редко.
– Стоит лишь постараться – и все случится, – возразила мадам Мерль.
– Хм. Пожалуй, вы в чем-то правы. Кто же ваша подруга?
– Помните миссис Тушетт? Так это ее племянница – я нарочно приехала во Флоренцию, чтобы с ней повидаться.
– Племянница? Как слышу это слово, сразу представляю совсем юную, ни в чем толком не сведущую девушку.
– Она и вправду молоденькая – всего двадцать три, и все же мы с ней большие подруги. Я с ней познакомилась несколько месяцев назад в Англии, и мы сразу сошлись накоротке. Изабелла мне очень по душе, более того – я ею восхищаюсь, а со мной это случается далеко не каждый день. Вы тоже будете в восторге.
– Не обязательно. Возможно, я устою.
– Вам не устоять, Осмонд.
– Стало быть, она прекрасна, богата, блистательна, сведуща во многих областях и чрезвычайно добродетельна? Тогда готов свести с ней знакомство, а иначе и пальцем не шевельну. Вы ведь помните – я некоторое время назад просил даже не заговаривать со мною об особах, не соответствующих подобному описанию. Людишек сомнительного свойства я знаю немало, с меня хватит.
– Мисс Арчер отнюдь не сомнительная особа. Она светла, как ясное утро, и под описание ваше вполне подходит – вот почему мне непременно хотелось бы вас с нею познакомить. Всем вашим условиям она отвечает.
– Вряд ли точь-в-точь.
– Вот именно точь-в-точь. Красива, образованна, великодушна и хорошего – разумеется, для американки – происхождения. Изабелла – девушка умная и приятная, причем располагающая приличным состоянием.
Мистер Осмонд внимал гостье в полном молчании, лишь бросал на нее внимательные взгляды – видимо, осмысливая услышанное.
– Какие у вас планы на эту племянницу? – наконец осведомился он.
– Собственно, я уже сказала: устроить ей знакомство с вами.
– Разве такая девушка не достойна лучшей участи?
– Не стану изображать, будто умею прозревать судьбы, – пожала плечами мадам Мерль. – Зато знаю, как использовать людей.
– В таком случае мне страшно за мисс Арчер, – заявил Осмонд.
– Ежели ваши слова означают искру интереса к моей протеже, приму их к сведению, – поднимаясь, промолвила мадам Мерль.
Они встали лицом к лицу. Достойная леди опустила глаза, поправляя свою накидку.
– Прекрасно выглядите, – невпопад пробормотал Осмонд. – Значит, у вас родился прожект? Вы становитесь особенно хороши, когда в голову вам приходит новая идея; вдохновение вас красит.
