И только когда они остались одни, друг продемонстрировал некоторую смутную неловкость – пересев на другой стул и поигрывая двумя или тремя предметами, попавшимися под руку.
– Надеюсь, он пришлет мисс Осмонд, – произнес он наконец. – Мне очень хочется ее повидать.
– Я рада, что этот раз последний, – сказала Изабелла.
– И я. Я неинтересен Пэнси.
– Да, вы ей неинтересны.
– Неудивительно, – согласился лорд, а потом ни с того ни с сего прибавил: – Вы ведь приедете в Англию?
– Думаю, лучше нам не приезжать.
– Ах, но с вас причитается. Разве не помните, что когда-то должны были приехать в Локли, да так и не собрались?
– С тех пор все изменилось, – объяснила Изабелла.
– Не в худшую же сторону! Видеть вас под моим кровом, – на секунду он сдержал натиск, – будет огромным удовольствием.
Как ни боялась она его объяснений, это стало единственным. Они немного поговорили о Ральфе, а вскоре пришла и Пэнси, уже одетая к ужину и изрядно зарумянившаяся. Девочка с лордом Уорбертоном пожали друг другу руки, затем она посмотрела на него снизу вверх, с улыбкой, которая – как знала Изабелла, и не мог знать его светлость – могла быть приравнена к рыданиям.
– Я уезжаю, – сообщил лорд. – Хочу с вами попрощаться.
– Прощайте, лорд Уорбертон, – дрожащим голосом сказала Пэнси.
– От души хочу пожелать вам большого счастья.
– Благодарю, лорд Уорбертон.
Он задержался ненадолго и взглянул на Изабеллу.
– Вы, должно быть, благословлены, у вас такой ангел хранитель.
– Уверена, так и есть, – согласилась Пэнси тоном человека, который во всем видит лишь добро.
– С подобной убежденностью вы далеко пойдете. Однако, ежели ей, вашему ангелу, вдруг случится вас оставить, помните… думайте… – Ее собеседник ненадолго растерялся. – Думайте, хотя бы изредка, обо мне! – слабо посмеялся он, после чего молча пожал руку Изабелле и был таков.
Когда он оставил комнату, Изабелла ждала, что падчерица разразится потоком слез, однако Пэнси повела себя несколько иначе.
– Вы правда мой ангел-хранитель! – воскликнула она премилым голоском.
Изабелла покачала головой.
– Вовсе я не ангел. В лучшем случае, твой добрый друг.
– Значит, очень добрый друг, раз попросили папеньку быть со мной помягче.
– Я ни о чем не просила твоего папеньку, – удивленно ответила Изабелла.
– Он только что отправил меня в гостиную и напутствовал теплым поцелуем.
– Ах, – сказала Изабелла, – то была его идея!
Притом же весьма характерная для Осмонда. Он и для Изабеллы наверняка приготовил нечто этакое. Надо же, и с Пэнси повел себя безупречно. Тем вечером они ужинали вне дома, после отправились к другим увеселениям, и наедине с мужем Изабелла осталась лишь поздним вечером. Когда Пэнси целовала его, отправляясь к себе, он ответил дочери столь небывало теплыми объятиями, что Изабелла призадумалась: не делает ли он вид, будто утешает дочь, раненную махинациями мачехи? И не показывает ли так, чего ждет от жены. Изабелла уже было собралась выйти следом за Пэнси, но тут Осмонд попросил ее задержаться, хотел кое-что продемонстрировать. Пока она стояла, не успев снять пелерины, он немного походил по комнате.
– Не понимаю, чего вы добиваетесь, – сказал наконец Осмонд. – Хотелось бы выяснить, чтобы понять, как действовать мне.
– А я бы хотела пойти в постель. Очень устала.
– Присядьте и отдохните, долго я вас не задержу. Не здесь, выберите место поудобней. – Он собрал для нее гору из подушек, разбросанных в живописном беспорядке по вместительной тахте. Однако на подготовленное место Изабелла не села, опустившись в ближайшее кресло. Огонь в камине погас; свечей почти не горело. Изабелла запахнулась в пелерину, чувствуя смертельный холод. – Мне кажется, вы пытаетесь меня унизить, – продолжил Осмонд. – Чрезвычайно нелепая затея.
– И в мыслях не было, – возразила Изабелла.
– Вы ведете очень хитрую игру, и у вас прекрасно получается.
– Что же мне удается?
– Однако вы не завершили дело, мы еще увидим лорда Уорбертона. – Осмонд встал, спрятав руки в карманы, глядя на жену сверху вниз задумчиво, в своей обычной манере, которой словно бы давал понять, что она – не предмет размышлений, но некий нежелательный их обо-рот.
– Ежели имеете в виду, что лорд Уорбертон вернется, то зря, – предупредила Изабелла. – На нем нет никаких обязательств.
– На что и сетую. Однако я не имею в виду, что он вернется из какого-либо чувства долга.
– Ничто другое его бы не заставило. Мне кажется, Рим утратил для него интерес.
– Ах нет, это неглубокое суждение. Привлекательность этого города неистощима. – Осмонд снова принялся расхаживать по комнате. – Однако в том, пожалуй, спешки нет, – прибавил он. – Пригласить нас в Англию было даже славно. И ежели б я не боялся застать там вашего кузена, то даже, наверное, пытался убедить вас поехать.
– Может статься, что моего кузена вы не застанете, – ответила Изабелла.
