Таким образом, Синтия слушала рассказ о Кембридже и об экзамене, который так интересовал Молли и о котором у нее не было возможности расспросить знающего человека, и Роджер, от которого она всегда ожидала окончательного и самого убедительного ответа, рассказывал именно о том, что она желала знать, – а у нее не было возможности слушать. Ей понадобилось все ее терпение, чтобы приготовить пакетики фишек и решить, в качестве арбитра игры, какие фишки – круглые или продолговатые – считать шестерками. А когда все было готово и все расселись по местам вокруг стола, Роджера и Синтию пришлось звать дважды, прежде чем они подошли. Они, правда, поднялись, как только их позвали, но не двинулись с места – Роджер продолжал говорить, а Синтия слушала, пока их не окликнули вторично, и тогда они поспешили к столу, изо всех сил стараясь делать вид, что внезапно очень заинтересовались важными вопросами игры, а именно: ценой трех дюжин фишек и какие фишки, при прочих равных, лучше считать за полудюжину – круглые или продолговатые. Мисс Браунинг, постучав карточной колодой по столу и приготовившись сдавать, решила вопрос, объявив: «Круглые – шестерки, и три дюжины фишек стоят шесть пенсов. Благоволите заплатить – и начнем». Синтия сидела между Роджером и Уильямом Орфордом, юным школьником, который в этих обстоятельствах горько досадовал на привычку сестер называть его Вилли, так как считал, что именно это детское обращение мешает Синтии уделять ему столько же внимания, сколько мистеру Роджеру Хэмли. Он также был очарован этой чаровницей, которая нашла время одарить его парой обворожительных улыбок. На пути к дому бабушки он высказал несколько решительных и весьма оригинальных суждений, прямо противоположных, что вполне естественно, мнению сестер. Одно из них заключалось в том, что «в конце концов, бакалавр с отличием – не бог весть что; каждый может им стать, если захочет» и он знает «много ребят, которые пожалели бы времени на такое медленное дело».
Молли казалось, что игра никогда не кончится. У нее не было склонности к азартным играм, и, какая бы ни выпадала карта, она неизменно ставила две фишки, не заботясь о том, проиграла или выиграла. Синтия, напротив, делала большие ставки и в какой-то момент разбогатела, но к концу игры оказалась в долгу у Молли почти на шесть шиллингов. Она сказала, что забыла дома кошелек, и ей пришлось занять у более предусмотрительной Молли, которая понимала, что для круговой игры, о которой говорила ей мисс Браунинг, вероятно, потребуются деньги. Если это занятие было и не слишком веселым для всех участников, то шумным оно было уж всяко. Молли казалось, оно будет длиться до полуночи, но ровно в ту минуту, как часы пробили девять, появилась маленькая служанка, спотыкаясь под тяжестью подноса, нагруженного сэндвичами, кексами и вареньем. Это вызвало всеобщее движение, и Роджер, который, казалось, поджидал чего-то в этом роде, подошел и сел на стул рядом с Молли.
– Я так рад снова вас увидеть! Кажется, что с Рождества прошло очень много времени, – сказал он, понизив голос и не упоминая с большей точностью тот день, когда она уехала из Холла.
– Да, времени прошло много, – ответила она, – уже совсем скоро Пасха. Мне очень хотелось сказать вам, как рада я была услышать о ваших успехах в Кембридже. Раз я думала передать вам поздравление через вашего брата, но решила, что это только причинит ему лишние затруднения, потому что я ничего не понимаю ни в математике, ни в ценности звания бакалавра с отличием, а вы, конечно, получили очень много поздравлений от людей, которые в этом хорошо разбираются.
– Мне не хватало вашего, Молли, – доброжелательно сказал он. – Но я был уверен, что вы рады за меня.
– Рада и горда, – сказала она. – Мне так хочется услышать что-нибудь об этом от вас. Я слышала, вы рассказывали Синтии…
– Да. Какая она очаровательная! Мне кажется, вы должны быть счастливее, чем мы тогда ожидали.
– Пожалуйста, расскажите мне о звании бакалавра с отличием, – попросила Молли.
– Это долгая история, а я должен помочь мисс Браунинг разносить сэндвичи. К тому же вам это было бы неинтересно – там так много специальных подробностей!
– Мне показалось, что Синтии было очень интересно.
– Тогда я вас направлю к ней, а мне надо пойти помочь добрым дамам, а то мне совестно сидеть, пока они трудятся. Но я скоро приду с визитом к миссис Гибсон. Вы сегодня возвращаетесь домой пешком?
– Я думаю, да, – ответила Молли, с радостью предчувствуя, что за этим последует.
– Тогда я провожу вас. Я оставил свою лошадь при гостинице «Ангел», а это на полпути. Надеюсь, старая Бетти позволит мне сопроводить вас и вашу сестру? Судя по вашим рассказам, она что-то вроде дракона.
– Бетти ушла от нас, – печально сказала Молли. – Она нашла место в Эшкомбе.
