В том учебном году в класс пришла новая девочка, Полина. Полина была похожа на куколку – с мелкими пепельными кудряшками, огромными голубыми глазами и всегда немного надутыми, как при капризе, губами. Она не поддавалась на давление со стороны лидера и всего коллектива и решилась подружиться с Аленой. Характер у нее оказался таким легким, что это не сделало ее изгоем, – конечно, и саму Алену не вывело на пик популярности, но, по крайней мере, ей стало легче собираться в школу, когда она знала, что ей будет с кем поболтать на переменах. Она охотно давала Полине списывать домашнее задание, даже решала ее вариант на контрольных: это была уместная плата за общение.
Потом же случилось вот что. Алена не пошла на физкультуру, но и домой ее не отпустили. Тех девочек, у которых была уважительная причина для пропуска занятия, заставляли «дежурить» в зале, отсиживая положенные сорок пять минут, а за это не ставили им в журнал черного паучка в виде буквы «н». Было тепло, и девочки бегали на улице. Алена оставалась в спортзале. Она видела, как в раздевалку во время урока заглянула забывшая носовой платок Полина, она еще помахала ей этим платком. А потом выяснилось, что у кого-то пропали оставленные в сумке деньги.
Когда у Алены спросили, не видела ли она, чтобы кто-нибудь заходил в раздевалку, она не упомянула о Полине. Сказала, что забегала Женька. Волейболистка, спортсменка, да-да-да. Женька была из неблагополучной семьи, и Алене поверили сразу. А Жене, когда она говорила, что не уходила с поля, – почему-то нет. Наверное, одноклассницы и в самом деле в какой-то момент потеряли ее из виду, других объяснений у Алены не было. А может, Женька и в самом деле улучила минутку и своровала деньги? С нее сталось бы. Алена просто не видела ее, но могла бы видеть. А Полина, единственная подруга, разве она могла?
Правда, сердце у Алены все равно было не на месте, и отношения с Полиной постепенно сошли на нет. В очередной раз Кривицкая подтвердила свою репутацию кривляки и задаваки, и Полина довольно охотно переместилась в лагерь тех, кто ее изводил.
А Женьку не взяли на чемпионат. Хотя никаких других доказательств того, что она украла деньги, не было, но их и не понадобилось. Тренер у девчонок был очень строгий, он сказал, что «жена Цезаря должна быть выше подозрений», хотя никто из команды не понял, при чем тут Цезарь и тем более – его жена, принимал решение он один, и по его решению Женька осталась за бортом.
Все это всплыло в памяти за один миг: и сине-белые стены гулкого спортзала, где ребята лупили мячами, и запах краски, стоявший в коридоре, когда произошла эта немыслимая неприятность, эта мелкая кража, и даже алюминиевые, испачканные краской крючки, на которые девочки вешали одежду и сумки в раздевалке.
Алена знала, что не может гордиться этим поступком, хотя тогда, она помнила, ей доставило удовольствие осознание внезапной власти над той, которая изо дня в день травила ее, и возможность, почти ничего не делая, отомстить злыдне.
Она никогда не думала о том, что своим лжесвидетельством загубила Женьке карьеру. Только сорвала поездку на чемпионат. Да и то не факт, что тренер выбрал бы ее, хватало игроков и посильнее. Так она говорила себе, когда полкласса уехало на соревнования, а Сычева – нет.
Что же ответить ей сейчас, когда прошло столько времени, когда обе они выросли – и Женька считает, что именно Алена в ответе за ее загубленную карьеру? Может, она обвиняет ее и в крахе жизни целиком?
Алена кашлянула.
– Так зачем ты приперлась сейчас, кривляка Кривицкая? – спросила Женька, глядя на нее с неприязнью.
– Она мне снилась, мам.
– Ну-ну.
– Я пришла, чтобы извиниться, – решилась Алена. – Это быстро. Женя, я виновата перед тобой, что сказала, будто видела тебя в раздевалке. Это неправда. Но…
Она отогнала все «но», которые трусливо и упрямо просились на язык.
– И мне очень жаль, что я так поступила. На самом деле я видела Полину, но я тогда думала, что мы с ней друзья, а друзей выдавать нельзя и все такое. И что она точно тут ни при чем. Даже мысли не допускала. Знаешь, я, честно, не могла и предположить, что тебя отстранят от соревнований. Мне очень жаль. Пожалуйста, прости меня, если сможешь.
Она поудобнее перехватила посылку и покосилась в сторону окна. Если она сейчас вылетит прямо через стекло, что тогда подумает Женька? Может, что ее и вправду посетило кающееся привидение? Или забудет наутро, что гостья выглядела настолько достоверной, и согласится со Львом, что им обоим приснились похожие сны?
