– Точно! Ашкун никого не отпустит в рейд. Надо Игуна предупредить.
Первым вернулся Алгай с сообщением, что заметил трех гвардейцев:
– Далековато они ускакали от заставы. Наверное, очень хотят нас отыскать.
– А почему тогда по нашему следу не пошли? – спросил я. – Или среди них нет охотников?
– Ты вчера ничего не заметил? – усмехнулся юноша.
– А должен был?
– Мы до развалин двигались по пути той сотни, что напала на деревню. А когда свернули, свои следы подчистили, – пояснил Алгай. – Вдобавок, вчера утром в степь отправились около десятка разведывательных троек. Вот и разберись, где нас искать.
Естественно, о подобных тонкостях я понятия не имел. Следопыт из меня – как из пингвина сокол.
– Зато дрег нас нашел. Почему?
Ответ на этот вопрос никто найти не успел – мы увидели Игуна, мчавшегося к нам во весь опор. Следом показалась и причина такой спешки – ОГРОМНЫЙ волк.
– Чего он убегает? Мог бы в зверюгу молнией шарахнуть, – озвучил мои мысли Алгай.
– Не сработает! И вы не вздумайте атаковать его магией. Это – не простой длиннозуб, – произнес Ашид.
– Надеюсь, ты не собираешься с ним драться? – видя решимость целителя, попытался охладить его пыл.
– Нет, постараюсь приручить, – ответил угай и отправился навстречу опасности.
Я слегка растерялся, да еще лошадка дернула за поводья, как бы намекая: не пора ли нам в другую сторону? Постоял несколько секунд, наблюдая за неминуемым сближением…
«Да чего я волнуюсь? Сейчас Ашид одарит хищника «ласковым» взглядом, и тот даст деру. Так, не понял… Почему волчара не собирается убегать?»
Сначала мимо целителя на взмыленной лошади проскочил Игун, а затем в угая едва не врезался длиннозуб. Хищник заметил человека и уже собирался прыгнуть на новую добычу, но тут Ашид резко раскинул руки в стороны. Длиннозуб, как вкопанный, остановился в полушаге от человека и зарычал, не оставляя сомнений в своих намерениях.
– Ты можешь утолить голод, который быстро вернется, а можешь стать сильнее и останешься таким на все время, пока я жив, – произнес угай на древнем языке. – Выбирай.
«Сказал бы сразу: «мы с тобой одной крови – ты и я». А то сейчас оголодавший волчара решит, что кусок мяса ему важнее, и все – нет целителя. Ого! А «Акела»-то призадумался, вон даже сел на задние лапы, словно дрессированная собака. И что дальше?»
А дальше не было произнесено ни слова. Ашид молча достал нож, черканул им по лапе хищника, потом по кисти себе, совместил обе раны, а когда убрал руку, они обе исчезли. Повернувшись к нашей троице, которая сейчас представляла застывшую скульптурную композицию с открытыми ртами, сказал:
– Мы с длиннозубом немного поохотимся, он проголодался. Потом вас догоним.
Ловко вскочив на спину обретенного питомца, угай умчался в степь.
– Ничего себе! – прошептал Алгай. – Я про серебристого длиннозуба только в легендах слышал. А наш целитель его как собачку…
К этому времени Игун успокоил своего коня и спешился:
– Повезло нам с Ашидом, он уже дважды нас спас. Ты по-прежнему считаешь, что ему нельзя доверять? – спросил парень.
– Мне трудно доверять людям, с легкостью нарушающим свои обещания. Даже данные врагам.
– А ты сам всегда выполняешь обещанное? – капрал скептически посмотрел на меня.
– Нет, не всегда. Думаю, нарушил бы слово, если бы опасность грозила моим друзьям. Но давайте сейчас поговорим о более злободневном: как нам завтра встретиться с Ашкуном, если ночью степь пробудится?
– Нас будут ждать сегодня. Я успел переговорить с нашими, пока не появился длиннозуб. Мы условились о месте и времени, а потом я увел хищника за собой.
– Ты все-таки нашел пограничников?
– Скорее, они меня. Встречаемся сегодня примерно за три часа до заката.
– Что-то мне подсказывает – вернуться на заставу нам не судьба, – предположил я. – Думаешь иначе?
– Согласен с тобой. Если замешан граф, самое верное – на время исчезнуть.
– А твоему отцу мы не создадим проблем, если не вернемся на службу?
– Скоро приедет из столицы майор, и тогда станет намного легче. – Заметив на моем лице немой вопрос, Игун пояснил: – Командир пограничной службы состоит в близком родстве с королем.
Вернувшись вечером в деревню, шаман приказал никого к нему не пускать и уединился в спальной части своего шатра. Там, под заменявшими ему кровать шкурами, мудрейший отыскал тетрадь, в которую во время обучения в ковене переписал перечень магических проявлений одаренных.
Сначала нашел все о целительских и внимательно два раза перечитал.
«Тени ушедших, почему вы так щедро наградили никчемного Ашида, совершенно не достойного таких даров!»
Из записей следовало, что умение одаренного излечить даже царапину при правильном обучении позволяло взрастить сильного целителя. Шаман уже сумел воочию убедиться, что изгой за считанные секунды справился с глубоким порезом. А из таких одаренных получались великие целители. Если бы шаман привел этот самородок в ковен, наверняка бы получил тень кого-то из великих и не одну нить жемчуга. Скорее всего, его из этой захудалой деревеньки перевели бы в место получше…
