– О, спасибо, – быстро сказала она, раскрывая поставленную на пол сумку. – Хм, так… – она перевела взгляд на сына. – Наверно, тебе надо раздеться сначала, м? Как думаешь? – подмигнув сыну, обернулась к Оливеру. – Поставь чайник, – вновь вернулась к ребёнку, который только что сел. Неуклюже, медленно и с кряхтением, но самостоятельно сел и увалился на спинку дивана – садиться он научился, а вот держаться в таком состоянии – нет, поэтому ему нужно было на что-то опереться. – Ты ж мой умница. Дай кофту снять, – Миа присела перед малышом и стала стягивать с него кофту. Плотный ворот растрепал его и так торчащие в разные стороны русые волосы. Мальчик повертел головой, ощутив свободу после утягивающей кофты, стал разглядывать всё вокруг. – Одной проблемой меньше? Так, Оливер! – она грозно глянула на мужа. – Поставь чайник, блин, он не ел почти, – требовательно произнесла она.
Оливер тут же кивнул, испугавшись неожиданного возгласа, и отправился в кухню. Он на автомате стал выполнять просьбу Мии, мысленно находясь в гостиной. Оттуда слышался её голос, воркующий с малышом, какие-то движения, шорохи, лязг замка на сумке. Мужчина дождался пока вода закипит, продолжая слушать все эти непривычные для него звуки, и только после щелчка чайника вернулся обратно. Миа, которая тоже успела снять верхнюю одежду и свитер, в это время складывала вещи сына, а тот продолжал сидеть, откинувшись на спинку дивана, и едва болтал ножками.
– Готово? – спросила Миа, выпрямляясь. Оливер быстро кивнул. Тогда женщина достала несколько детских бутылочек с молоком и торопливо направилась к выходу. – Так, погляди за ним пару минут. Он сонный ещё, баловаться не будет, но кто знает, – бросив эти слова, она ушла в кухню. Теперь там слышались какие-то звуки, бежала вода в кране, полилась в тарелку. Затем несколько минут тишины. Оглушённый этой тишиной, Оливер стоял в проходе и смотрел, как малыш вертит головой в разные стороны и осматривает новое место. Через пару минут он стал копошиться в попытках перекатиться на живот. Живой ребёнок. Его сын. И он сейчас здесь, перед ним, вместе со своей мамой. Это казалось безумием, Оливер продолжал стоять, не в силах пошевелиться. В этот момент вернулась Миа с одной из бутылочек. – Ага, ты далеко собрался? – не обращая внимания на Оливера, она прошла к дивану и, открыв бутылочку, протянула ее малышу. Тот неловко обхватил ёмкость обеими руками и принялся пить содержимое, а Миа наблюдала за этим. – Благодать, он сам есть начал… – она улыбнулась и скрестила руки на груди, а затем вновь перевела взгляд на Оливера. – Да в чём дело? Хватит так смотреть.
Оливер переводил взгляд с женщины на ребёнка и обратно. Он не мог поверить, что они здесь. Десять минут назад он пил кофе, не смея думать о том, что они когда-нибудь приедут, а теперь она стоит перед ним. Такая же маленькая – разница у них была всего в десять сантиметров, но Оливер все равно считал ее маленькой и хрупкой, – с теми же чертами лица, почти такой же фигурой, как до беременности, и с этим ужасным каре. Да чёрт с ним, главное, что Миа, его Миа здесь, перед ним. Малыш ел с большой охотой, причмокивал и постоянно прижимал к себе бутылочку маленькими пальчиками, хотя она так и норовила выскочить из крошечных рук. Пару раз это чуть не случилось, но его мама вовремя поддерживала её за край, и тогда ребёнок мог посильнее обхватить бутылочку. Такой странный, немного пугающий. Мини-человек. Оливер всего пару раз находился в такой близости от этого крошечного создания. Он был рядом, когда ребёнок родился, но ему ни разу не дали даже подержать малыша на руках, и хотя он знал, что это его сын, все равно было как-то дико осознавать, что у него есть ребёнок.
– Как вы добрались? – тихо спросил мужчина. Это всё, на что его хватило. По телу пробежали мурашки – теперь дело было не только в волнении, но и в холоде. Надо срочно надеть хотя бы майку, но Оливер продолжал стоять и смотреть на женщину.
– Знаешь, неплохо, – а она словно не замечала этого взгляда. Рассматривала комнату, следила за ребёнком, думала о чём-то своём. – В самолёте было чистенько и тепло. Даже еда нормальная была. Только поспать не получилось, – кивнула на мальчика. – Дремал у меня на руках, ворочался. Беспокойный такой был. Сейчас поест, уложу его. Ты тут как? – она очень неожиданно посмотрела на него, Оливер вздрогнул.
– Я… Да нормально… – надо выглядеть непринужденно, чтобы она не поняла, какие чувства он сейчас испытывает. Миа здесь. От осознания этого было хорошо и страшно одновременно. – Собирался весь день портрет писать.
– М, заказ? Здорово. Стандарт или что-нибудь интересное? – он не услышал в голосе никакого интереса. Она спросила просто так, для приличия.
– Стандарт. На эксперименты редко, кто соглашается, ты ведь знаешь, – небрежно ответил, будто это не его сердце норовит выскочить из груди. Миа кивнула ему в ответ.
– Зануды. А поесть что-нибудь? Еда в самолете хоть и нормальная была, но мало так.
