Оливер шёл по спальному району, в котором они жили. До центра города нужно было ехать минут сорок, но ни его, ни Мию это никогда не пугало – им нравился их дом, они долго его искали и ни за что бы не отказались. А центр? Не так уж и много нужных для них обоих мест было в центре Чикаго, чтобы каждый день там бывать.
Мужчина быстро дошёл до магазина, ещё быстрее он взял все самые необходимые продукты – за полгода не забыл, что именно должно быть в доме, где есть женщина и маленький ребёнок, – чуть не умер в ожидании, стоя в очереди у кассы, а затем рванул к дому, неся в руках большой бумажный пакет. Хотелось поскорее вернуться, чтобы снова убедиться, что всё это правда.
На последней сотне метров он уже бежал. Из последних сил взбежал на крыльцо и распахнул дверь. Сумок в прихожей не было, но не успел Оливер испугаться, как услышал голос своей жены.
– Вы давно переехали? – она была в кухне, с кем-то говорила. Захлопнув дверь, Оливер последовал на звук, сильнее сжимая в руках пакет. Руки дрожали, он боялся его уронить от этой дрожи. Пронёсся по коридору и вбежал в кухню. За барной стойкой сидели Миа и Сара – новая соседка из дома напротив. Она почти каждый день приходила с того дня, как переехала в этот район. Приносила свою еду, флиртовала, пыталась хоть как-то привлечь внимание Оливера на себя. Глупая, так и не поняла, что все её попытки напрасны, и она никак не может ему понравиться. Зато сейчас она познает все гнев Мии Банч. Пара минут, и Миа узнает, кто эта женщина, зачем она сюда пришла, вот тогда начнется веселье. На стойке стояло блюдо с пирогом. Сара принесла, не иначе. Оливер остановился в проходе, не решаясь зайти. Только вернул жену, а уже скандал. Миа заметила движение и обернулась. – Оливер, к тебе пришли. И еду принесли, между прочим, – хмыкнула она.
Мужчина продолжал стоять, не зная, как ему реагировать на происходящее. Сара, простушка с темно-русыми косами, недоверчиво поглядывала на Мию, перевела взгляд на Оливера, ожидая поддержки, а Оливер думал о том, кто его поддержит, когда Миа поймет, зачем эта женщина здесь. Видимо, еще не поняла, если улыбается.
– Неплохо устроился, дорогой. Тебе тут еду носят. Понятно, почему холодильник пуст, – с этими словами она подошла к нему, забрала пакет и стала по-хозяйски его разбирать.
– Эм… Сара? Это… Миа, моя жена. Я тебе говорил о ней, – с опаской произнес он. – Много говорил. Вот, – Оливер поглядывал на жену, тщательно подбирая слова. – Мм… Спасибо, что зашла. Тебе лучше уйти. Я провожу.
Не дожидаясь её ответа, Оливер схватил Сару за плечо и потянул за собой. Не хватало усугубить ситуацию. Он вывел женщину по коридору, отдал её куртку и торопливо выпроводил. Быстро скинул куртку с себя – сейчас ему итак будет очень жарко. Это при незнакомке Миа улыбалась, а наедине она ему сейчас задаст. Ревнивая до ужаса. Хотя и он всегда ее ревнует, так что они друг друга стоят.
Собравшись с мыслями, Оливер пошёл в кухню на казнь. Это неизбежно, они поругаются уже в первые двадцать минут.
– Миа? – начал он, входя. Она резала пирог. Глянула на мужа и кивнула, всем видом показывая, что слушает его. – Это не то, что ты думаешь, – проговорил он. Нужно успеть сказать до того, как она взорвётся. Руки задрожали сильнее. В горле пересохло. – Она сама. Я её не зову, а она приходит. Я ей давал понять, что она мне неинтересна, – он оправдывался, сглатывая после каждого предложения. Что она сделает? Миа посмотрела на него, скривившись.
– Мне всё равно, Оливер. Это твоё дело, с кем общаться. Надеюсь, готовит она хорошо, – она переложила на тарелку отрезанный кусок, села за стойку и принялась есть. – Будешь?
– Всё равно? – он не поверил своим ушам. Раньше ей бы и взгляда хватило, чтобы устроить сцену, а сейчас ей «всё равно»? Что с ней?
– Ну да. Я не могу лезть в твою жизнь. Это твоё дело.
– Что? – у него перехватило дыхание от этих слов. Что с ней происходит? Почему ей всё равно? Где крик? Где обиды? Где фразы, вроде «Я так и знала, что стоило мне уехать, как ты…». Где все это? А может всё станет ясно, если он задаст один вопрос, который его мучил с момента ее появления? – Зачем ты приехала? Я уже месяц, как не звонил. Почему теперь?
– Родители, – фыркнула Миа, жуя. – Мама надоела одно и то же повторять. «Ведь вы женаты! У ребёнка должен быть отец!» И всё одно и то же, новое ничего не может придумать. И вот, мы тут.
– Хм… – так она приехала, чтобы сохранить семью? Но почему же тогда не ревнует? Он запутался в своих мыслях. – Всё будет, как раньше? Ты, я… Кевин… Как одна семья?
– Видимо, – Миа пожала плечами, ковыряя вилкой в пироге. – Не переживай, это временно.
– То есть? Ты же сказала, что мы женаты, и нашему сыну нужен отец.
– Ты думаешь, что подойдешь на роль отца? – она хмыкнула и закачала головой.
