Оливера словно окатили ледяной водой. Он обессилел, окончательно растерявшись. Ради чего она здесь? Воодушевление, с которым он бежал домой, бесследно исчезло. Любимая женщина была совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, но теперь стало ясно, насколько она далеко от него. Сидит, уплетает пирог и говорит, что эта внезапная идиллия временна.
– Это мой сын, – тихо проговорил он, сжимая кулаки. Какого чёрта она творит?!
– Да? Давно вспомнил? – она опять ухмыльнулась. Специально это сделала, чтобы разозлить его. У нее это вышло. Судорожно вздохнув, Оливер сильнее сомкнул кулаки и с шумом выдохнул.
– Ты не дала мне ни шанса, – процедил Оливер.
– Неужели? Я девять месяцев ходила беременная. Из них пять я давала тебе шанс, а что сделал ты? – Миа продолжала его злить, специально улыбалась. Пожала плечами и махнула волосами, мерзким каре. Улыбка стала шире, когда она увидела, в каком состоянии ее муж. – Сделай лицо проще.
– И правда! – воскликнул тот. – Ведь ничего не происходит!
– Уоу, полегче, Оливер. Ты разбудишь ребенка, – её ничто не пугало. Миа съела ещё один кусочек.
– Я не дам тебе развод, – выпалил мужчина, испепеляя женщину взглядом.
– Ой, ты меня так напугал, – та принялась за второй кусок. На этот раз не стала перекладывать его, ковыряла вилкой в блюде. Со знанием дела прожевала очередной кусочек. Облизнула губы и закачала головой. – Очень хорошо. Давно она тебя кормит? – глянула на Оливера. Тот покраснел от злости, на руках проступили вены от той силы, с которой он сжал кулаки,исподлобья смотрел на жену, стиснув зубы. – Успокойся.
– Серьезно? Успокоиться?! – он не пытался себя сдерживать. Злобно фыркнул. – Ты исчезла на полгода, забрала ребёнка, а теперь заявляешься и говоришь, что подашь на развод, и я должен успокоиться?! – он схватился за голову и рассмеялся. – Я пять месяцев звонил тебе, писал, искал. Я просил тебя вернуться, а теперь ты говоришь о разводе?! – он приблизился к стойке и упёрся в нее руками. Женщина продолжала есть. – Миа, смотри на меня, когда я с тобой говорю.
– Хм, – она медленно положила вилку, дожевала и подняла взгляд на Оливера. – Пять месяцев Я тебя просила о том же. Что ты в итоге сделал? Напомнить? – проговорила она, не повышая голоса.
– Но в итоге ведь я осознал свою ошибку!
– Молодец. Живи с этим осознанием, если тебе так хочется, но без нас.
– Нет, ты просто издеваешься, – он резко стукнул кулаком по столещнице и стал кругами ходить по кухне. – Почему ты так себя ведёшь? Это эгоизм! Твоя мать права, ребёнку нужен отец, и это я!
– Ты не переубедишь меня. Я всё решила.
– Меня ты спросила?! – рявкнул Оливер, остановившись. Скрестил руки на груди.
– Прости, не смогла привлечь твоё внимание! – нервозность передалась ей. Миа оскалилась и сузила глаза, наблюдая за мужем.
– Не надо обвинять меня! – он в секунду настиг её, возвысился горой.
– Будто ты не виноват?! – Миа вскочила со своего места. Она была ниже, и ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть мужчине в глаза, но в них не было ни капли испуга.
– Ты невыносима, – процедил Оливер, не сводя с нее взгляд. Она хмыкнула.
Мужчина почувствовал, как между ними прошел разряд. Да, Миа вернулась, и вместе с ней вернулось их вечное противостояние. Битва двух сильных характером людей. Если они ссорились – об этом знали все. Если они мирились – их идиллию тоже могли увидеть все. Даже в состоянии мира они могли бороться – шутки друг над другом, капризы, немного манипуляций и ревности, когда какая-то «стерва строит глазки» или какой-то «придурок не так говорит». Кому-то такие отношения казались больными и неправильными, но им обоим они нравились. Оба принадлежали только друг другу, а все остальные были приложением в моменты, когда они были порознь.
Сейчас снова ощущалась эта война, Оливер почувствовал себя беспомощным. Ему нечего было сказать, и от этого он ещё больше злился. Почему его жена такая? Какой у неё сложный характер. Поняв, что у него нет никаких сил и желания выяснять отношения, он развернулся и ушёл из дома. На долю секунды Оливер задержался на крыльце, когда за ним захлопнулась дверь, а затем неторопливо спустился и побрел по району, чтобы проветриться и немного успокоиться. Она все равно приехала. Теперь у него больше шансов. Она могла бросить трубку, когда он звонил. Могла не отвечать на сообщения и письма, но игнорировать человека, когда он рядом с тобой, сложно. Так что ей придется выслушать его. Дело за малым – правильно всё объяснить ей, чтобы она его поняла, плевать, сколько раз она его проклянет, прогонит и назовёт «подонком».
