Он вернулся домой спустя пару часов. За это время Миа убрала в спальне и успела приготовить обед. Когда она всё успевает? Они больше не говорили. Оливер поднялся в свою мастерскую и весь день провел там, рисуя портрет. Прогулка его, конечно, успокоила, но работа, тем более, любимая, куда лучше помогала ему расслабиться и освежить мысли в голове. Оливер знал, что сейчас, пока он делает первые штрихи на холсте, в его голове рождаются нужные мысли и появляются правильные слова, которыми он сможет поговорить с женой и даже попытается переубедить её.
========== Я подаю на развод ==========
– Это не поможет, мой хороший, – Миа снисходительно улыбалась, слушая уверенные слова мужа. Ему потребовалась неделя, чтобы подготовиться к этому разговору. Всю неделю он молчал, чтобы не усугубить ситуацию, морально себя готовил к тому, что опять может случиться скандал. Он должен быть спокоен. У него получилось, Оливер высказывал свои мысли, не повышая голоса. Миа слушала его и занималась сыном, который сидел на её руках и вертел перед собой игрушку.
– Но почему? – он больше не злился на нее. Да и она не пыталась его довести. Оливер не понимал, почему Миа так категорична, и всеми силами пытался переубедить её.
– Потому что я больше не верю тебе. Потому что у меня есть ребенок, и мне нужна стабильность, а с тобой… Я знала, на что шла, когда выходила за тебя замуж, но… – она заправила волосы за ухо и улыбнулась, когда малыш посмотрел на неё. Перевела взгляд на Оливера. – Ты человек творческий, всё зависит от твоего настроения. Хорошо, сейчас ты готов играть в ответственного отца, а что будет через неделю? Через месяц, год? Понимаешь, о чём я? – она замолчала и стала ждать ответа. Поцеловала ребенка в темя, зачесала его волосы. Оливер смотрел на это и молчал.
– Да, понимаю. Это было помешательство. Оно закончилось. Ты ведь знаешь это?
– Где гарантия, что оно не повторится? Нет, Оливер, я рисковать так не могу, ты тоже меня пойми. Плюс, я не одна… – она не успела договорить.
– Не одна? Ты… У тебя кто-то есть? – он резко перебил ее. Миа видела, как изменилось его лицо при этих словах. Оливер смотрел на нее широко раскрытыми глазами, полными недоверия, приоткрыв рот. Мужчина, нахмурившись, ждал ответа. Даже не ответа, а объяснений – как это она посмела найти кого-то?
– Ну… Да, есть, – неуверенно сказала она, вновь поправив волосы. Оливер медленно закачал головой, отказываясь в это верить. Стал разминать пальцы на одной руке. И кто же у нее появился? Миа посмотрела ему в глаза, а затем перевела взгляд на копошащегося ребенка. И снова на мужа. – Вот он, – после этих слов пальцы ослабли.
– А… Я думал… Неважно, – мужчина облегченно выдохнул и отвернулся. Она говорила о сыне, не о другом мужчине. Это хорошо. Вновь повернулся. – Я обещаю тебе, что больше этого не будет. Я всё понял. Еще когда ты беременная была. Помнишь? Я же тогда пытался всё вернуть.
– Уже после того, как все разрушил? – она вновь улыбнулась. Оливер тяжело вздохнул. Бессмысленно. Она его слушает, но не слышит. Всё бессмысленно.
– Я не хочу вас терять. Давай попробуем снова?
– Мм… Да, давай. Трех месяцев хватит? Столько развод оформляется, – и ведь она говорила это абсолютно серьезно, без ухмылки.
– Миа! Ну почему? Давай без развода. Пожалуйста, я прошу тебя. Давай сходим к семейному психологу? Может, он поможет разобраться?
– Чего? – та недоверчиво скривилась, глядя на него. – Ты вообще из ума выжил? Какой психолог? Оливер, тут уже всё ясно – ты переступил черту, за которую нельзя вернуться. Что тут пробовать?
– Пожалуйста! Если есть хоть один шанс всё спасти – почему нет?
– Ты уже всё придумал, да? – она поджала губы и тяжело вздохнула. Оливер кивнул. – Когда?
– То есть, ты согласна? – быстро переспросил он, едва улыбнувшись. Маленький шанс у него уже есть. Она кивнула.
– Человек же ждет, зачем его разочаровывать. Тем более, если ты оплатишь – мне вообще без разницы. Надо только мелочь с кем-то оставить, не потащим же его с собой. Хм… Слушай, на работу меня подкинешь потом? Нужно дела уладить. Думала сегодня поехать, но раз такое дело… Всё в один день сделаю.
– Ты возвращаешься на работу? – не понял ее Оливер.
– Нет, и именно это мне надо уладить.
Через три дня они отправились на прием к семейному психологу. Линда, лучшая подруга Мии, с радостью согласилась посидеть с ребенком. Она не видела его полгода, при первой встрече после их приезда не смогла налюбоваться на «милого мальчугана». Женщина была бы рада пообщаться и с матерью Кевина, но согласилась терпеливо подождать до вечера – тогда Миа на пару часов останется у подруги, и они смогут наговориться. На Оливера Линда не смотрела, на его слова не реагировала. Будто его нет. Поняв, что его игнорируют, Оливер только с раздражением кивнул и ушел в машину, ждал, пока Миа закончит со своей стервой-подружкой – так он всегда называл Линду. Их неприязнь была взаимной.
