Эта ночь вскружила мне голову. Все началось с того, что мы проболтали сидя в кафешке часа два. Из меня, слово за слово, вылилась вся моя скучная жизнь, а Наста поделилась своими простыми, но вечными проблемами: ей уже скоро четверть века, а все одна, никого даже близко похожего на любимого на горизонте, а подлая фигура портится с каждым годом и раздается вширь от любой лишней пироженки.
Если еще днем мы были просто знакомыми, то к полуночи как-то незаметно постепенно поняли, что обрели настоящую подругу. Удивительно, но мы, родившись в разных мирах, были абсолютно на одной волне. Девушка-мажорка, выросшая на столичных балах и провинциалка-безотцовщина из никому не известного Сумкино. Анастасия только с виду казалась грубой и резкой, но, если копнуть поглубже и расковырять внешнюю защитную раковину, была очень добрым и ранимым человеком, страдающим от одиночества и зависти коллег. Я понимала ее с полуслова, как, наверное, понимала бы сестру. И не факт, что старшую. Несмотря на то, что она была взрослее на целых четыре года, инициатива в нашем дуэте принадлежала мне.
Хозяин заведения объявил, что они закрываются, и мы переместились в ресторан «Авиатор» на соседней площади. Название меня поразило до глубины души, и я все допытывалась сначала у Анастасии, а потом и у официанта как же самолеты могут летать на пару. В этот поздний час народу в зале было полно. Уже не помню, как это случилось, но кто-то за соседним столиком узнал Анастасию, и мы очень быстро оказались в большой и шумной компании, отмечающей новый рекорд скорости какого-то там гонщика, который сидел во главе стола. Потом шумной толпой гуляли по улицам танцевали на площадях и пили шампанское из горла.
Проснулась с жуткой головной болью от того, что Наста вылила на меня стакан воды. Сама она, судя по взлохмаченности и тому, что до сих пор не могла разлепить правый глаз, тоже еще не до конца пришла в себя.
– Вставай, соня. На работу пора. И так проспали уже, – пробормотала она, шлепая босыми ногами по пути в ванну.
Утренний кофе, конечно, влил в меня несколько капель жизни, но спать все равно отчаянно хотелось. Анастасия кинула на тумбу в моей комнате стопку одежды, со словами: «это мне все равно мало безнадежно и навсегда, видимо, тебя дожидалось», – чем избавила меня от мучительного выбора из бесконечного числа вариантов в ее гардеробной. Оделась сегодня скромно: серая водолазка, темные зауженные шерстяные брюки и коричневая кожаная курточка до талии по последней здешней моде. Все-таки иду знакомиться с начальницей. Конечно, легковато для такой погоды, но здание Треста было видно из окна, так что замерзнуть я не должна.
К центральному входу мы на этот раз прошли мимо памятника в самом центре площади. Вопреки традициям, на постаменте возвышался не какой-то местный полководец в треуголке, а всадница, походившая на сексуальную мечту не долюбленного мамой подростка: тетка с широченной задницей и бедрами, осиной талией и невероятного размера бюстом. Обтягивающие лосины и короткий мундир а-ля топ только усиливали несколько карикатурное впечатление. Так обычно изображают воительниц в аниме или на обложках фэнтези романов.
– Боже, кто это? – спросила я Анастасию.
– Красная Королева, кто же еще, – буркнула она в ответ. Сегодня Наста была явно не в духе.
– Серьезно?
Остановилась, вернулась к постаменту и стала внимательно разглядывать скульптуру.
– Пошли, не на что тут смотреть. Памятник поставлен всего пять лет назад, а Королева жила намного раньше. Говорят, скульптор слепил это со своей жены, и то изрядно приукрасив оригинал.
– А как она умерла?
– Жена?
– Королева, – рассмеялась я и слегка ткнула подругу кулаком в плечо.
– С чего ты взяла, что она умерла? Аккуратнее тут с такими высказываниями, а то можешь и неприятностей огрести. Все верят, что она жива. Королева просто исчезла. Лет двадцать назад. Гипотез куда она подевалась пруд пруди.
– А Казимир ее знал?
– Насколько я знаю, нет. В Праге Королева не появлялась несколько лет до исчезновения. Он приехал сюда где-то за год до моего рождения, а главой стал и еще позже. Не думаю, что сейчас в Тресте есть те, кто ее реально видел вживую. В те времена в нашей организации работало-то человек всего ничего. Не то, что сейчас.
Мы не пошли по коридору, как раньше, а сразу поднялись по широкой лестнице на второй этаж, а потом долго топали по открытой колоннаде в дальнее крыло. Там находились помещения полевых работников, к числу которых теперь относилась и я.
