Недавняя провинциалка, молоденькая и любопытная, глазея по сторонам, шла по улице, на которой выстраивали массовку для художественного фильма. Кто-то из организаторов процесса зазевался, и она, не понимая этого и удивляясь, откуда столько народу, оказалась внутри съёмочного круга. Режиссёр сразу выхватил из толпы нестандартное лицо, естественность поведения и закричал в жестяной рупор:
– Девушка! Да-да, вот вы! Подойдите ближе! Сделайте вид, что испугались.
Она и правда, вытаращила глаза и заслонила открытый рот ладошкой.
– Оператор, снимай! Ещё дубль! Не наша? Запиши телефон. Идите сюда. Как зовут?
– Ива, – откликнулась девушка и, смеясь, сказала одному из помощников режиссёра, оказавшемуся рядом: – Не надо волочь меня за рукав, я уже поняла, кто тут главный.
Забавный парень, очень преданный своему шефу, правда и зарплату он получал тоже немалую, воскликнул восторженно:
– Это же Сергей Терлецкий!
К тому времени ещё сравнительно молодой кинорежиссёр уже снял свой лучший фильм. Потом, за весь длинный творческий путь повторить такой крупный успех не удалось, но эта лента собрала все премии и восторги, сделав автора известным. Дочь художника, девочка театральная, фамилию слыхала. Внимание, пусть случайное, ей польстило.
Со своей стороны, Терлецкий мгновенно усёк редкую мелодичность голоса и любовь к тому блистательному русскому языку, который уходил и возбуждал в нём ностальгическую нежность. Потом споткнулся о странное имя, повторил его про себя и почувствовал, что время остановилось. Глазом, привыкшим оценивать человека сразу и почти безошибочно, увидел: эта! Она притягивала, хотелось её потрогать, понюхать, лизнуть. «Есть контакт», – сказал бы связист.
Между тем съёмочные часы, особенно на натуре, дороги. Постановщик переключился на текущую задачу, боковым зрением стараясь не упустить девушку в зелёном, затёртую пёстрой толпой, но работа была важнее, и в конце концов для Терлецкого всё, кроме происходящего на площадке, перестало существовать.
По окончании трудового дня, когда юпитеры отключили, а подручные начали сворачивать реквизит, он спросил помощника:
– Телефон записал? Тот не сразу сообразил, о чём речь. – Телефон! – заорал режиссёр.
«Псих», – подумал парень и стал шарить по карманам.
– Вот.
