Местное население, особенно в Кошице, Братиславе, Праге, других крупных городах и не только в них проявляло недовольство вводом в страну чужеземных войск, однако попыток активного сопротивления не было. Протест выражался в некоторых населенных пунктах сооружением символических баррикад на пути продвижения танковых колонн, работе отдельных подпольных радиостанций, распространении листовок и обращений к чехословацкому населению и военнослужащим стран-союзниц. Бунтовала главным образом молодежь, интеллигенция. Со стороны рабочих и крестьян, людей, которые помнили войну, освобождение страны Красной Армией от гитлеровской оккупации, враждебности к себе мы не ощущали. В 1968-м Чехословакия была условно разделена на «белых» и «красных», середины не было. Либо ты сторонник прозападной позиции, либо просоветской. Аморфность власти, которая никак не могла определиться, в какую сторону повести корабль реформ, манящее чувство свободы и независимости подстегивали радикализм в настроениях чехов и словаков, накаляя и без нашего присутствия сложную и взрывоопасную обстановку в стране. Войска Варшавского Договора вошли в Чехословакию вовремя.
Один из идеологов «пражской весны», бывший секретарь ЦК КПЧ Зденек Млынарж, друг Михаила Горбачева во время учебы в МГУ, бежавший потом в Австрию, писал: «На протяжении трех месяцев партийное руководство решало вопросы, связанные с распределением кресел в верхушке партийного и государственного аппарата, и именно поэтому невозможно было приступить к осуществлению продуманной политики реформ. Общественность не могла ждать окончания борьбы за кресла министров и секретарей ЦК. Все больше накапливалось нерешенных за многие годы проблем, их обсуждали уже открыто...»
Еще в конце марта 1968 года ЦК КПСС разослал партактиву закрытое письмо о положении в Чехословакии, в котором, в частности, говорилось: «В стране ширятся выступления безответственных элементов, требующих создать «официальную оппозицию», проявлять «терпимость» к различным антисоциалистическим взглядам и теориям... Делаются попытки бросить тень на внешнеполитический курс Чехословакии и подчеркивается необходимость проведения «самостоятельной» внешней политики. Раздаются призывы к созданию частных предприятий, отказу от плановой системы, расширению связей с Западом. Более того, в газетах, по радио и телевидению пропагандируются призывы к полному отделению партии от государства, возврату ЧССР к буржуазной республике Масарика и Бенеша, превращению ее в открытое общество и другие... Следует отметить, что безответственные выступления в прессе, по радио и телевидению под лозунгом «полной свободы» выражения мнений, дезориентирующие массы, сбивающие их с правильного пути, не получают отпора со стороны руководства КПЧ. Происходящие в стране события стремятся использовать империалистические круги для расшатывания союза Чехословакии с СССР и другими братскими социалистическими странами...»
В те годы понятия, кто друг, а кто враг, проявлялись особенно быстро. Что касается дружбы между военными - советскими, чехами и словаками, то здесь, как говорится, сама история велела беречь и укреплять эти традиции. Не было ни одного праздника, который мы не отмечали бы вместе, проводили совместные учения. К слову, после одного из них я получил в подарок часы от Президента Чехословакии Густава Гусака.
После сдачи экзаменов в академию я прибыл в Чехословакию в октябре, и так получилось, что наиболее тревожные события первых дней и месяцев после ввода в страну советских войск прошли мимо меня. Вот как вспоминал то напряженное время рядовой 7-й роты соседнего 166-го полка Василий Ференц - мы служили рядом в Гродно, участвовали в учениях «Днепр», скитались в Карпатах перед броском в Чехословакию (к сожалению, мой бывший боевой побратим, член Союза писателей Беларуси, недавно ушел из жизни):
«...Мінулі месяцы вандровак, бадзяння па неабсяжных прасторах вялікай краіны. Ззаду засталіся больш за тысячу кіламетраў асфальтавых, прасёлачных, брукаваных дарог, часцей - бездарожжа па лясах і палях Беларусі - Гродненскай, Мінскай, Гомельскай, Брэсцкай абласцей, затым Расіі, а найбольш - Украіны. Пацягнуліся раўніны Ровенскай, Івана-Франкоўскай, Львоўскай абласцей, удалечыні ўжо праглядваліся Карпаты. Потым было доўгае палатачнае жыццё ў лясістых цяснінах саміх гор. У гэтых сховішчах вялізная колькасць амаль усіх родаў войск сядзела, сцішыўшыся, як мыш пад венікам, а дзесьці ў самых вярхах, відавочна, ішла напружаная праца, кіпелі палітычныя бітвы. I настаў, нарэшце, дзень, калі войскі перасталі хавацца ў лясістых далінах Карпат, перад строем рот і батальёнаў палка быў агучаны загад: заўтра на світанні ўвайсці на тэрыторьпо Чэхаславакіі...
