— Весьма сомнительно, что кто-то его присвоил бы. Степняки сейчас отчаянно желают найти тех, кто разрушил храм и уничтожил их оружие с боеприпасами. Они готовы костьми лечь рады выполнения этой миссии, — проговорил Эко, потёр глаза и вернулся к встрече с кааном: — Так вот Улус показал мне перстень и сообщил, что его нашли в храме. На что я заявил, что меня просто хотят подставить. И все факты укладываются в мою теорию. Я ведь уже поведал вам, каан Улус, что где-то потерял перстень. Вроде бы, когда я вышел из британского посольства, то его уже не было на моём пальце. Да и вообще смешно подозревать меня в нападении на храм, когда я в это же время был на тайной встрече с вами. И об этой встрече, между прочим, никто не знал, в том числе негодяи, уничтожившие храм. Кстати, они могли специально использовать нежить, дабы подставить меня. Я же некромант. А сделано всё это было ради того, чтобы вы, многоуважаемый каан, ополчились против Империи. Кто-то хочет стравить нас.
— И он поверил?
— Кажется, да.
— А на британцев начал грешить? — задал я очередной вопрос.
— Вот тут — не знаю, Иван, — пожал плечами аристократ. — Ежели и начал, то виду не подал. Но всё же в этот день его прорвало… После нашей утренней встречи он собрал всех послов и заявил, что не потерпит на своей территории политических игрищ. И ежели они продолжатся, то он всех послов вышлет из столицы. Тут-то я сказал, что, возможно, интриганы этого и добиваются. А французский посол следом выдвинул предположение, что могут интриговать вовсе не послы, а внутренние враги. Мол, ваша власть, каан, из-за этих происшествий становится слабее. Тут-то Улус и рассвирепел. Его явно задели слова француза. Он принялся поносить всех послов, включая британского. А потом выставил нас всех вон. И хорошо хоть каан не испепелил никого в припадке ярости.
— Занятно. А он связал эти два происшествия? Храм и мертвецов на границе?
— Вероятно, — кивнул Эко, с улыбкой глянул на меня и добавил: — Но никто не знает, кто за ними стоит. Пока известно лишь то, что это группа сильных некромантов. А вот кому они служат и чего добиваются — непонятно. Теперь все будут подозревать друг друга. И француз очень удачно для нас вспомнил о внутренних врагах и указал каану на то, что его власть действительно становится слабее. Простые люди смотрят на него и уже не видят прежнего хозяина Степи, который держал всё в своих руках.
— И что мы будем делать дальше, ваша светлость? — спросил я и допил лимонад из высокого стеклянного бокала.
— Ничего. Пока опасно что-то предпринимать, Иван, — ответил граф. — Но насколько я помню, вас сегодня ночью ждут определённые… э-э-э… приключения. Сконцентрируйтесь на них.
— Вы о встрече с Аделиной? Лев и Яшка подстрахуют меня, — напомнил я и глянул вдаль, на забор, опоясывающий территорию виллы.
— Но вы всё же не теряйте головы, — внушительно произнёс Эко, словно на что-то намекая.
Да ясно на что он намекал. На то, что красотка соблазнит меня, после чего я выложу ей все секреты.
— Не волнуйтесь, ваша светлость. Я всё контролирую.
— Надеюсь на это, — улыбнулся аристократ.
И я надеюсь…
Я на прощание кивнул графу и отправился на виллу. Там и я провёл практически всё время, которое оставалось до встречи с Аделиной.
А уже перед самой встречей я облачился в свой самый шикарный наряд, побрызгался одеколоном, засунул в карман револьвер, а на пояс повесил сумку с пергаментами. Я же вроде как обычный маг.
Всё, можно топать на рандеву с красоткой. Я покинул виллу и двинулся по улице, косясь на керосиновые фонари. Они разгоняли ночной мрак. И им в этом помогала яркая луна и звёзды. Казалось, что ночное светило старается лишь для меня, поскольку я в одиночестве шёл по улице. Мне на глаза попалась только одна кошка. Она сидела на заборе и подозрительно глядела на меня зелёными глазищами. Но почуяв мою некромантскую силу, кошка зашипела на меня, а затем спрыгнула с забора и куда-то шустро умчалась.
Между тем я добрался до ворот квартала дипломатов и без проблем покинул его.
Тут до моих ушей донёсся знакомый голосок:
— Иван!
Я повернул голову на звук и увидел Аделину. Она стояла в чёрном брючном костюме рядом с раскидистым деревом. А оно росло в десяти метрах от стены, опоясывающей квартал. И девушка практически сливалась с густой тенью, которая царила под деревом. Ежели бы она не окликнула меня, то я бы мог и не заметить её.
— Доброй ночи, сударыня, — поздоровался я, подойдя к ней, и облобызал девичью ручку.
— Доброй ночи, сударь, — улыбнулась она, блеснув белоснежными зубами. — Хм, а вас совсем не смутил мой наряд. Обычно мужчины находят его вызывающим и не присущим порядочной дворянке. Но во Франции и Британии благородные девушки уже ходят в таких костюмах. И даже в Империи начинает зарождаться мода на подобную женскую одежду. Говорят, княжна Анастасия Белозерова положила начало этой моде.
— Вы её знаете? — произнёс я, с трудом сохраняя на лице влюблённое выражение.
