— Что вы⁈ — рыкнул я, медленно и грозно надвигаясь на стол, за которым прятался перепуганный градоначальник. — Что вы⁈ Или вы хотите признаться в том, что все эти годы безбожно разворовывали казну города? А что хуже всего… ещё и получали взятки от похитителей! Вы думали, что я не докопаюсь до правды! Да я вот вас всех, где держу! — яростно выдал я и потряс кулаком. — Все ваши деньги и имущество уже посчитаны. И дебет сильно не сходится с кредитом! И я знаю откуда излишки! У вас есть только один шанс избежать виселицы — во всём покаяться! Немедленно сдавайте все явки, пароли и соучастников! Как имя мага земли? Как зовут говорящую кошку⁈ Для чего вам жизни юных магов, а⁈
Я пригвоздил его полыхающим от гнева взглядом. А тот весь покраснел и вспотел. Начал хлопать ртом, словно выброшенная на берег рыба-шар, а в его зенках родился настоящий ужас.
— Вы не понимаете… князь… вы не понимаете, — в страхе зашептал он, судорожно дёрнув воротник, будто тот душил его.
— Что я не понимаю⁈ Говори! — выхаркнул я, нарисовав в воздухе руну. — Говори или убью! Ты же сам знаешь, что мне ничего не будет за твою смерть! Моя репутация и так под плинтусом!
— Меня заставили… я не хотел… она всех… всех… — прохрипел градоначальник, тяжело дыша, словно что-то мешало ему.
— Кто она⁈ Кто? — навис я над ним.
— Она… кха-кха… — закашлялся Демьян Поликарпович, судорожно подался назад и грохнулся на пол вместе со стулом. Следом он прижался спиной к стене, вытаращил глаза и разорвал на груди рубашку. В разные стороны брызнули пурпурные пуговицы. А на свет божий показалась заросшая седыми, курчавыми волосками потная грудь с бесформенными сиськами. Я с омерзением отпрянул, но тут же подался вперёд, когда увидел, что толстые пальцы аристократа забрались под толстую золотую цепь. А та, как живая, стала душить его, врезаясь в свиную шею. Артефакт! Да ещё какой мудрёный! Он то ли сам активировался, то ли его активировали на расстоянии. И теперь цепочка усиленно душила градоначальника, засучившего ногами. Его физиономия уже покраснела, как помидор, а пальцы наоборот побелели. Ещё чуть-чуть — и цепочка тупо перережет его шею!
— Пожарский! — сквозь хрипы градоначальника заорал я, не зная, как помочь Поликарпычу. Цепочку же не перережешь. Да и магией её не шваркнешь, не задев главу города! А тот уже смотрел на меня красными от полопавшихся сосудов глазами, в которых метался животный ужас. И тут меня осенило. Застёжка! Я принялся лихорадочно искать её. И тут раздался скрип двери. В кабинет влетел барон, а в его руках красовалась открытая книга магии.
— Быстрее! Помогите градоначальнику! Его душит цепочка-артефакт! И у этой собаки нет застёжки, а звенья крепче, чем моё слово! — лихорадочно выпалил я и со страхом увидел, как металл цепочки пропорол кожу мужчины и исчез в его шее. — Поздно! Отступаем!
Я шарахнулся в сторону. А барон наоборот бросился к чиновнику. Да только зря он это сделал. Цепочка, словно набралась сил, и в один миг сжалась, перехватив шею Демьяна Поликарповича. Его башка с разинутым в немом крике ртом скатилась с плеч и упала на вытянутые ноги. А из шеи брызнул фонтан крови. И её капли запятнали не только моё лицо, но и перекошенную физиономию Пожарского. Однако последний быстро справился со своим шоком. Он медленно захлопнул книгу и двумя пальчиками вытащил из нагрудного кармана носовой платок, но воспитание не позволило ему первым делом вытереть им именно свою физиономию. Он молча передал платочек мне.
— Благодарю, — кивнул я, взял носовой платок и нервно протёр им лицо. Признаться, чудовищная смерть градоначальника произвела на меня большое впечатление. — Вот, возвращаю.
Я протянул барону покрасневший платок. А тот дёрнул губами и сказал:
— Оставьте себе, ваша светлость. Я, пожалуй, уподоблюсь простолюдинам и воспользуюсь своим рукавом. А вы пока, ежели вас не затруднит, окажите мне честь и поведайте о том, что тут произошло.
— Расскажу. А то выходит так, словно я вас позвал лишь для того, чтобы вы посмотрели на любопытную смерть.
Барон выслушал меня, покосился на труп в луже крови и протянул:
— Мда-а-а, даже немного жаль его.
— Ага. Таким жиробасом в Аду будут сковородки смазывать, чтобы грешники не подгорали, — выдал я и поморщился, посмотрев на свой сюртук, безнадёжно испорченный кровью. — Гадство. Что ж, барон, давайте покинем сей кабинет и попробуем найти ректора. Но с ним надо будет работать аккуратней. Возможно, некие силы на всех крупных аристократов накинули такие «ошейники». Эх, жаль, у меня нет таких…
Я сокрушённо покачал головой, вышел из кабинета и наткнулся на пяток чиновников мелкого ранга. Они, точно перепуганные сытые мыши, жались к стенам, и в то же время вытягивали шеи, желая заглянуть в кабинет градоначальника.
— Господа, спешу вам объявить, что всеми уважаемый Демьян Поликарпович отбыл.
— Куда отбыл, ваша светлость? — просипел один из чиновников.
— На тот свет, вестимо. Кликните полицейских. И пущай они заглянут в особняк Франца Герхардовича. Барон Пожарский им всё объяснит. Прощайте, судари.
