— Шикарно, — саркастично сказал я и следом добавил: — Елена возьми кого-нибудь в помощники и составь список тех, кого мы завтра пригласим в особняк на бал. Нужно собрать несколько десятков аристократов, а также всех некромантов, учащихся в универе. Официальный повод — хорошее выступление некромантов на экзамене.
— Ты хочешь спрятать некромантов от похитителей? — спросила смышлёная девчонка, понизив голос, дабы водитель не слышал.
— Верно. И чтобы это смотрелось не так явно, нам нужна будет массовка из дворян. Заодно последим за этими аристократами. Может, кто-то из них ближе к ночи будет проявлять к некромантам не здоровый интерес. И ещё придётся утроить охрану. Пока составь список, но приглашения не рассылай. Сперва я съезжу к градоначальнику. Пора надавить на гада. Возможно, он расколется и что-то расскажет. Тогда и бал не понадобится.
— А как же шахта?
— Учитывая новые данные, я вынужден сказать, что идея с шахтой — глупость. Мы не поймаем похитителей даже если они там. Они же не будут сидеть и ждать, когда мы доберёмся до них. На эту уйдут часы, а то и дни. Они покинут шахту тем же способом, каким закинули голема в подвал. Пока выигрышнее всего смотрится бал. Есть у меня кое-какая идейка… Потом расскажу.
— Ладно, — кивнула Ленка и изучающе посмотрела на братьев Корбутовых, словно выбирала из них помощника.
— Я помогу вам, сударыня, — вызвался Шурик, расплывшись в угодливой улыбке.
— Пожалуй, я попрошу Алексея помочь мне, — сказала девушка.
Лёха довольно усмехнулся и хотел подкрутить ус, но тот недавно погиб от лезвия бритвы, так что парень лишь цапнул воздух. Но это не расстроило его. Он с наигранно тяжёлым вздохом проговорил:
— Моя харизма — мой дар и моё наказание.
— Что-то вдовушка не больно-то замечает твою харизму, — ядовито уколол его Шурик.
— Просто она ещё не поняла, что уже влюбилась в меня по уши.
— Ну-ну.
Я с усмешкой глянул на расстроившегося Санька и уселся в другую машину. В ней меня дожидался Пожарский. Ему тоже пришлось рассказать о моей идее с балом. Он одобрил ее, как одобрил и поездку к градоначальнику.
— Теперь можно и надавить на него, не опасаясь того, что местные аристократы поднимут вой, — сказал барон под звук урчащего мотора автомобиля, понёсшего нас по улицам города. — Правда, ваши доказательства косвенные, но если вы правильно построите диалог, то сможете прижать градоначальника к стенке, не боясь ещё больше испортить вашу репутацию. А о ней надо заботиться, ваша светлость. А то она у вас… кхем… простите за откровенность, не самая хорошая.
— Вы сегодня крайне откровенны, — покосился я на Пожарского. — Сударь, вы узнали, что смертельно больны, потому вам терять уже нечего?
— К счастью, я полностью здоров, — сухо сказал маг, едва не покрутив пальцем у виска. Дескать, кто же так шутит?
Я хмыкнул и глянул в окно, а там уже показалась белокаменная городская ратуша с башней, протыкающей голубое небо. Возле лакированных дверей с медными ручками лениво посматривала на горожан парочка служивых в мундирах. И они оба вытянулись во фрунт, стоило мне показаться из машины. Пожарский их придирчиво осмотрел, а затем следом за мной проник в ратушу. Тут я цапнул за руку первого же попавшегося мужичка в казённой одёжке и приказал проводить меня к главе города. Мужичок побледнел, словно увидел смерть, но всё же сподобился не потерять сознание и даже довольно быстро привёл нас с бароном к двери из красного дерева.
— Сударь, ждите здесь, — приказал я Пожарскому. — И давайте без «но»…
—… Но-о-о, — протестующе замычал барон, переживающий за мою безопасность больше, чем за свою.
Однако я его слушать не стал и без стука вошёл в кабинет… весьма скромный кабинет, но когда-то он был явно шикарным. На дорогих обоях остались еле видимые следы картин, а люстра на потолке сверкала хрусталём. А вот всё остальное успели поменять, притащив нарочито дешёвую мебель. Сам градоначальник восседал толстой задницей на таком пошарпанном кресле, что без слёз не взглянешь. И смотрел Демьян Поликарпович на кипу бумаг, лежащих на столе. Но как только он услышал стук двери, так отнял от бумаг грозный взгляд. Однако стоило ему понять, кто залетел на огонёк, как на его роже появилась угодливое выражение, а круглое пузо втянулось чуть ли не до позвоночника.
— Ваша светлость, — пропел градоначальник и широко улыбнулся, чуть не порвав одутловатую морщинистую физиономию со свисающими, как у бульдога, щеками.
— Успели подготовиться, Демьян Поликарпович⁈ — гневно начал я и обвёл рукой кабинет. — Вы принимаете меня за идиота⁈ Наставили тут всякого хлама, а дорогущую мебель вывезли? И думаете, что меня обманете?
— Ваша светлость, да я… да я… — начал заикаться чиновник, вжавшись потной спиной в стул.
