– Всё, – расслабился Дэшан. – Наши узнали, что хотели. Пора уходить.
– Подожди, – удержала я его.
Коснулась тёплой, почти горячей земли. Предвечная, прими души тех, что умерли в этом бою. Я не знаю, сколько их, не уверена, что мне хватит сил… Поле огромно.
Белый свет лёг мягким плотным одеялом. Всё пространство, куда хватало взгляда, словно накрыло снежным покровом – чистым, ровным, бескрайним. Лишь верхушки палаток Рагара торчали из него вдалеке, словно стога сена, забытые в сугробах. Повисев с секунду, свет бесследно растаял, забрав с собой павших в сражении магов.
– Карен, кто ты?! – выдохнул мой спутник.
– Жрица. – Я пошатнулась и ухватилась за его локоть. – Демонски уставшая.
Дэшан подхватил меня второй рукой и затащил в портал. Вышел он практически у входа в нашу с Шэрилом палатку.
– Карен, может, нужна помощь?
– Всё в порядке, – отстранилась. – Мне просто нужно отдохнуть. Благодарю, Нэчир.
С порога я почувствовала железистый запах. Шэрил уже был внутри, сидел на кровати и держался за бок. Куртка и рубашка, испачканные кровью, валялись рядом. При моём появлении коммандер дёрнулся и потянулся к рубашке. Я доковыляла до раскладушки и присела рядом.
– Сильно зацепило?
– Царапина.
Не поверила, отвела его руку. Нежно-розовый след ярко выделялся на бледной коже.
– Я хороший целитель, Карен… Форму жалко.
– Нашёл о чём жалеть! – Осторожно провела вдоль полоски зажившей раны. – Чем это тебя так?
– Стальным Клинком. Сам виноват, подпустил слишком близко. Теперь денницу чесаться будет.
– Мёртвые не чешутся, – напомнила я. – План-то твой удался?
– Вполне, – оживился он. – Представь, у Негара вдвое меньше людей, чем мы предполагали! И полутора тысяч не наберётся… Сейчас переведу дух и пойду к Алэйну, можно обсуждать дальнейшие действия.
– Вымойся. У тебя волосы в крови и спина. Как тебя угораздило там перепачкаться, если порезан бок?!
– Это не моя кровь. – Шэрил опустил голову.
Нужно было что-то сказать, но что? «Ты не спасёшь всех» – он знал это лучше меня. «Войны не бывают бескровными», «Рагар нужно остановить»…
– У тебя красивые волосы, – ляпнула я первое, что пришло в голову.
Он вздрогнул и повернулся ко мне:
– Ты это серьёзно?
– Абсолютно, – подтвердила, радуясь своей способности не краснеть. – И хвост тебе к лицу. Ты с ним моложе кажешься.
– Куда уж моложе, – улыбнулся Шэрил. – Меня сегодня командующий Аскоша «мальчиком» назвал.
– На девочку ты не очень похож, извини, – я развела руками.
– Карен! – обиделся он. – Мне тридцать шесть лет!
– Именно. Тебе всего тридцать шесть лет. Аскошец же седой. Во сколько седеют маги? Лет в двести?.. Иди в душ, Шэрли.
– А ты?
– Доползу до койки и вырублюсь. Разбуди к обеду.
Своё обещание я выполнила незамедлительно. Раздеваться не было сил, плюхнулась так.
– Карен, с тобой всё хорошо?..
– Замечательно, – откликнулась, проваливаясь в сон.
Жрица должна…
Конечно же, Шэрил пожалел меня будить. Я проснулась сама часа через два. Прислушалась к себе: небольшая слабость, ничего страшного. Приподнялась на локте, огляделась. Никого – аккуратно заправленная кровать, испорченная одежда исчезла. Валяться дальше не имело смысла, я вымылась, привела себя в порядок и вышла.
Лагерь бурлил. Магов словно прибавилось. Приглядевшись, поняла, что так и есть – к золоту нашивок Барсов присоединились синие и алые полоски Волков и Росомах. Все оживлённо что-то обсуждали, отовсюду раздавался задорный смех. Мимо пробежал Ойшэн, приветливо помахал рукой. Его я остановить постеснялась, но когда заметила тёмную шевелюру Дэшана, окликнула целителя.
– Карен! – обрадовался он. – Как ты себя чувствуешь?
– Приемлемо, – фыркнула я. – Что за всеобщее волнение?
– Ночью мы атакуем Рагар – пока они не перебазировались и не пришли в себя от утреннего нападения! – с воодушевлением поделился со мной радостью Дэшан. – Маршал предложил идеальный план.
– Мы с тобой опять пойдём вместе? – уточнила я.
– Разумеется! – выпалил целитель и осёкся. – А ты сможешь?.. После того, что было утром?
– Надеюсь, что да, – постаралась придать своему голосу беззаботность. – В любом случае, другой жрицы у нас нет.
Дэшан с сомнением оглядел меня.
– Ты такая бледная.
– Это последствия выгорания. Кожа мёртвая, кровь не приливает.
Не видел он меня в храме… По сравнению с тем белым чудищем я сейчас просто образец красоты и здоровья.
– Нэчир, когда выступаем?
– Через час после захода солнца. Где-то около половины одиннадцатого. Ещё успеешь отдохнуть и подкрепиться.
Я согласно кивнула.
Мешать магам, умами которых всецело владело предстоящее нападение, не хотелось. Многие начали проводить групповые тренировки, причём я заметила, что между Барсами, Волками и Росомахами царит полное взаимопонимание – никакого соперничества. Шэрила нигде не было – очевидно, он с маршалом и остальными командующими уточнял детали плана. Я прошла в конец лагеря, за палатки, присела на землю. Солнце грело вовсю. Из сухой жёлтой кочки вытянулись первые ярко-зелёные травинки. Сорвала одну, растёрла между пальцами, вдохнула терпкий запах.