Двумя днями раньше схватки в наркомате Жуков связался по «Бодо» с начальником штаба Западного фронта генералом Климовских. Климовских докладывал, что Минск ещё наш, но немцы уже у Смолевичей – высадили десант. Части нашего 44-го стрелкового корпуса его уже добивают. Противник подошёл к укрепрайону. «Барановичи, Бобруйск, Пуховичи до вчера были наши…»
Он спросил:
– Где Кулик, Болдин, Коробков[90]?
– От Кулика и Болдина сообщений нет. Связались с Коробковым, он на своём КП восточнее Бобруйска. Соединение Хацкилевича подтягивалось к Барановичам, Ахлюстина – к Столбцам.
Климовских докладывал о 6-м генерала Хацкилевича и 13-м генерала Ахлюстина механизированных корпусах 10-й армии. Хацкилевич погибнет в эти дни при попытке вырваться из окружения. Ахлюстин – через месяц в районе Пропойска при форсировании реки Сож. В плен попадёт командир 4-й танковой дивизии 6-го механизированного корпуса генерал Потатурчев. После допроса немцы поставят его к берёзе, но пуля, пробив грудь, не заденет жизненно важных органов, и расстрелянный выживет. В январе 1942 года под Тулой он выйдет на позиции 50-й армии, которой в то время будет командовать генерал Болдин. Болдин выслушает Потатурчева. Тот попросит поручиться за него. Но Потатурчева арестуют. Умрёт он в тюрьме в 1947 году. В 1953 году его реабилитируют, семье вернут орден Красной Звезды, вдове назначат пенсию.
– Где тяжёлая артиллерия?
– Большая часть тяжёлой артиллерии в наших руках. Не имеем данных по 375-му и 120-му гаубичным артиллерийским полкам.
В завершении разговора Жуков предостерёг:
– Смотрите, чтобы противник ваш УР не обошёл с севера. Закройте направление Логойск – Зембин – Плещеницы, иначе немцы, обойдя УР, раньше вас окажутся в Борисове. У меня всё. До свидания.
Так и случилось. Через несколько часов немецкие танки при поддержке мотопехоты обошли Минский укрепрайон с севера и атаковали порядки 100-й стрелковой дивизии генерала Руссиянова[91] в районе Острошицкого городка. Дивизия дралась храбро и умело. Было подбито и сожжено около ста танков противника. Но немцы ввели в бой резервы, оттеснили дивизию Руссиянова, и немецкие танки хлынули в северный пригород Минска.
В ту ночь Жуков почти не спал. Прилёг в кабинете на диване около 5.00. В 6.00 был уже на ногах. Сердце было не на месте. Казалось, что, пока спал, что-то произошло. Что-то значительное. В 6.45 по телефону связался со штабом Западного фронта. Потребовал командующего. Павлов ответил.
«Ж у к о в. Мы не можем принять никакого решения по Западному фронту, не зная, что происходит в районах Минска, Бобруйска, Слуцка. Прошу доложить по существу вопроса.
П а в л о в. В районе Минска 44-й стрелковый корпус отходит южнее Могилёвского шоссе, рубежом обороны, на котором должны остановиться, назначен Стахов – Червень. В районе Слуцка вчера, по наблюдению авиации, 210-я мотострелковая дивизия вела бой в районе Шишецы. В районе Бобруйска сегодня в четыре часа противник навёл мост, по которому проскочило 12 танков.
Ж у к о в. Немцы передают по радио, что ими восточнее Белостока окружены две армии. Видимо, какая-то доля правды в этом есть. Почему ваш штаб не организует высылку делегатов связи, чтобы найти войска? Где Кулик, Болдин, Кузнецов? Где кавкорпус? Не может быть, чтобы авиация не видела конницу.
П а в л о в. Да, большая доля правды. Нам известно, что 25 и 26 июня части были на реке Щаре, вели бой на переправы с противником, занимающим восточный берег реки Щары. 21-й стрелковый корпус – в районе Лиды. С этим корпусом имели связь по радио, но со вчерашнего дня связи нет, корпус пробивается из окружения в указанном ему направлении. Авиация не может отыскать конницу и мехчасти, потому что всё это тщательно скрывается в лесах от авиации противника. Послана группа с радиорацией с задачей разыскать, где Кулик и где находятся наши части. От этой группы ответа пока нет. Болдин и Кузнецов, как и Голубев, до 26 июня были при частях.
Ж у к о в. Основная ваша задача – как можно быстрее разыскать части и вывести их за реку Березину. За это дело возьмитесь лично и отберите для этой цели способных командиров. Ставка Верховного Командования от вас требует в кратчайший срок собрать все войска фронта и привести их в надлежащее состояние. Нельзя ни в коем случае допустить прорыва частей противника в район Бобруйска и в район Борисова. Вы должны во что бы то ни стало не допустить срыва окончания сосредоточения армий в районе Орша – Могилёв – Жлобин – Рогачёв. Для руководства боями и для того, чтобы вы знали, что происходит под Бобруйском, вышлите группу командиров с радиостанцией под руководством вашего заместителя. Немедленно эвакуируйте склады, чтобы всё это не попало в руки противника. Как только обстановка прояснится, сразу же обо всём доложите.
П а в л о в. Для удержания Бобруйска и Борисова бросим все части, даже школу»[92].
