Командир 11-го кавалерийского корпуса С. К. Тимошенко проводил очередную реорганизацию соединения. К возвращению из Москвы лучшего своего командира полка, а именно 17 мая 1930 года, он издал приказ: «Командир-военный комиссар 39-го полка тов. Жуков Г. К. в течение семи лет командовал 39-м кавполком. Годы мирной учёбы требовали максимума знаний, сил, энергии и внимания в деле подготовки частей и воспитания бойца.
Высокие личные качества тов. Жукова как командира и воспитателя дали ему возможность держать полк на высшей ступени подготовки и морального состояния.
К сегодняшнему дню 39-й кавполк считаю одним из лучших полков корпуса по боевой подготовке.
За хорошее руководство полком тов. Жукову от лица службы объявляю благодарность.
С назначением на новую должность надеюсь, что тов. Жуков ещё больше приложит сил и понимания в деле подготовки частей и сколачивания целых соединений.
Желаю успеха».
Жуков получил 2-ю кавалерийскую бригаду, сформированную из 39-го и 40-го кавполков.
Неожиданной же новостью было то, что новым командиром 7-й Самарской дивизии был назначен его однокашник по ленинградским курсам Константин Рокоссовский. Герой только что отгремевших боёв на КВЖД, кавалер трёх орденов Красного Знамени. Теперь их пути будут идти параллельно почти всегда.
Бригада Жукова вскоре стала образцовой и в дивизии, и в корпусе. Высокий результат во многом достигался жёсткой требовательностью командира. Рокоссовский был доволен своим комбригом, но некоторые шероховатости всё же отмечал.
В начале 1931 года командиру корпуса позвонили из Москвы. На проводе был Будённый.
– Здравствуй, Семён Константинович, – услышал Тимошенко голос своего боевого товарища, – как там служит комбриг Жуков?
– Хорошо служит, Семён Михайлович. Его Вторая бригада лучшая в корпусе.
– Вот так! Значит, не ошиблись мы в нём.
– Думаю, что не ошиблись.
– Помню, как он провёл «выводку».
– Такую «выводку» забыть нельзя.
«Выводка» – старинный, довольно непростой и очень красивый военный ритуал. И люди, и кони в нём должны действовать как одно целое. Ни одного лишнего и случайного движения. По тому, как производится «выводка», опытный глаз всегда определит состояние подразделения, его выучку, боевой дух, а значит, и готовность к бою.
– У нас в наркомате появилась вакансия, так неплохо было бы нашему бравому комбригу занять её и некоторое время поработать в должности моего помощника.
– Хочешь, Семён Михайлович, чтобы боевой командир портфель твой носил?
– Мой портфель есть кому носить, – засмеялся Будённый. – А для Жукова и тут живое дело найдётся. Пусть и эту службу поймёт. Служить-то ему долго.
В феврале 1931 года Будённый вытребовал Жукова к себе в Наркомат по военным и морским делам на должность своего помощника. Наркомвоенмором был тогда Ворошилов. И кандидатура нового назначенца в наркомат была согласована в первую очередь с ним. Никто из них – ни Тимошенко, ни Будённый, ни Ворошилов, – конечно же, и предположить не могли тогда, в начале 1930-х, кого они ставят на крыло. Что пройдут годы и их питомец взлетит значительно выше их.
Аттестацию на командира 2-й кавалерийской бригады 7-й Самарской кавдивизии им. Английского пролетариата давал комдив Рокоссовский:
