Осенью того же 1938 года после хасанских событий японский Генштаб разработал план полномасштабной войны против МНР и СССР с целью полной оккупации Монгольской Народной Республики и советского Приморья. В качестве прелюдии разработана операция в районе реки Халхин-Гол, в ходе которой японцы намеревались взять реванш за хасанскую неудачу и заложить реальные предпосылки для дальнейших действий: перехватить Транссибирскую магистраль и отторгнуть Дальний Восток от остальной части Советского Союза. Для этого основные силы Квантунской армии сосредоточивались в Восточной Маньчжурии с задачей захватить Уссурийск и Владивосток, а затем Хабаровск и Благовещенск.
Начальник штаба Квантунской армии генерал Итагаки говорил, что Монголия очень важна «с точки зрения японо-маньчжурского влияния сегодняшнего дня, ибо она является флангом обороны Транссибирской железной дороги, соединяющей советские территории на Дальнем Востоке и в Европе. Если Внешняя Монголия будет объединена с Японией и Маньчжоу-Го, то советские территории на Дальнем Востоке окажутся в очень тяжёлом положении и можно будет уничтожить влияние Советского Союза на Дальнем Востоке без особенных военных усилий. Поэтому целью армии должно быть распространение японо-маньчжурского господства на Внешнюю Монголию любыми средствами».
Замысел японцев: овладеть Внешней Монголией, с боями прорваться к Байкалу, перехватить основную коммуникацию, связывающую советский Дальний Восток с центром, и придушить его в постепенной блокаде. На создание подобного рода колоссальных «котлов» не осмелятся даже немцы в самый пик их военного могущества и успехов на Восточном и Западном фронтах. Но обстоятельства и стремительные сюжеты Второй мировой войны в любой момент могли сложиться в такую комбинацию, которая позволила бы японцам осуществить самые невероятные планы. И они предусмотрительно запасались ими, мечтая о фантастическом взлёте империи и расширении своих границ за счёт континентальных земель.
Кусок уже в ближайшее время, согласно более коротким планам, обещал быть жирным: ру́ды, железо, уголь, скот, пастбища, рыбные реки и озёра, лес, железная дорога, с перспективой расширения жизненной территории, равной Германии, Англии и Франции, вместе взятых.
Однако пока атаковать большими силами японцы не решались. Конфликт ради пробы и демонстрации силы сразу бы перерос в большую войну. Большая война вот-вот должна была вспыхнуть на Западе. Это уже не было секретом для какой-либо из сторон, а тем более для потенциальных участников схватки. Её все ждали. В том числе и на Востоке. Так что стоило немного подождать. Но в период ожидания японцы решили не терять времени даром и основательно укрепиться на своих передовых позициях, которые в самое ближайшее время можно было бы использовать в качестве плацдармов для предстоящего броска вперёд.
Ландшафт для предстоящего сражения выбирали японцы. И выбрали весьма удачно, выгодно расположили свои позиции по гряде доминирующих возвышенностей.
Открытая холмистая местность. Пески. Скудная растительность. Балки, долины, сопки, солончаки. И всю эту местность разрезала река Халхин-Гол. Ширина её 100–130 метров, глубина – до трёх метров. Берега крутые, обрывистые, местами заболоченные, труднопроходимые для боевой техники. С востока тянется гряда сопок. Сопки возвышаются над местностью, главенствуют над долинами и холмами. В реку Халхин-Гол, петляя между песчаными барханами, впадает речка Хайластын-Гол. Она разрезает и делит на две части район предстоящих боевых действий.
Когда Жуков осмотрел местность, сразу отметил: Хайластын-Гол рассекает его позиции и будет существенно препятствовать взаимодействию частей и соединений правого и левого крыла.
Выбирая место для атаки, японцы рассчитывали и на то, что в случае неудачи можно будет сравнительно легко отойти, «не теряя лица», то есть вывести свои войска из-под возможного сокрушительного удара противника.
Как отмечают историки, размышляя о боевых действиях в пустыне Номонган, «с формальной точки зрения подобный инцидент выглядел бы как столкновение Монгольской Народной Республики и Маньчжоу-Го (марионеточного государственного образования, созданного японцами после оккупации Маньчжурии). Фактически же за их спинами стояли Советский Союз и Япония. В январе 1936 года правительство Монголии обратилось к СССР с просьбой о военной помощи, а 12 марта 1936 года в Улан-Баторе был подписан протокол, в соответствии с которым в Монголии были размещены советские войска – 57-й особый стрелковый корпус».
