– Я хотела кое-что тебе сказать, но совсем не было возможности, наш старик всё занимал тебя лекциями.
– Сказать?..
Юль шагнула ко мне и заключила в крепкие объятия.
– Тэхён обо всём мне рассказал. Ты присоединилась к нам, чтобы свергнуть это чудовище. Я рада видеть ещё одну женщину в наших рядах, – объяснила Юль, пожимая мне руку. – Невыносимо работать в исключительно мужской компании.
Тепло её объятий согрело мне сердце, и я поняла, что за время, проведённое в «Красном фонаре», моё стремление оставаться одиночкой и никогда больше не заводить друзей ослабло. Должно быть, Юль заметила, как покраснели мои глаза, и потому спросила:
– В чём дело?
– Неважно. А как тебя в это вовлекли? Какая твоя обязанность?
– Мы с Хёкчжином дружили с детства, и он считал, что хозяйка гостиницы будет полезной союзницей. Всё-таки у меня здесь кладовая сплетен… И оружия. Потом покажу тебе нашу тайную комнату.
Я её уже видела.
– Почему оружие хранится в гостинице?
– Потому что у меня есть для этого место. Потому что никто этого не ожидает. Никого не смущают ящики, в которых его доставляют, ведь я часто заказываю товары для гостиницы. Ну, теперь уже не так часто – после того, как дороги перекрыли из-за охотничьих угодий.
Я вспомнила мечи в ящиках, и меня посетила внезапная мысль:
– Оружие… Вы его крадёте?
– Как я сказала, торговцы у меня бывают нередко, и одному из них я особенно доверяю. Его хороший друг работает кузнецом, и мы заключили сделку. Хёкчжин и
Юль открыла резную деревянную шкатулку с миниатюрными бутылочками из фарфора, вздохнула и осмотрелась.
– Где же мои румяна?
– Кто такой
– Ёнхо! Это прозвище ему дал Хёкчжин, но мне не следует к нему так обращаться. Кому понравится, когда его называют поросёнком?
Она открыла сундук и достала небольшое сложенное в несколько раз одеяло. На пол что-то выпало, и я ахнула.
Великолепная шпилька в виде дракона с красной жемчужиной выглядела более изысканно, чем все мои старые украшения.
– Откуда она?
Юль быстро её подобрала.
– Вонсик подарил.
– Вонсик? Это семейная реликвия? – Я не могла унять своё любопытство.
Юль бережно положила шпильку на дно сундука.
– Он сказал, чтобы я лет через десять её продала, а на эти деньги вырастила детей. Но я не думаю выходить замуж, и детей мне вовсе не хочется.
Блестящая шпилька ещё стояла у меня перед глазами, её золотой блеск освещал мои мысли. Об украшениях я знала практически всё.
Заколку-шпильку
– Это символ… – прошептала я, пытаясь уловить ускользавшую от меня мысль.
– Ты о чём?
– Есть определённые правила касательно того, что мы можем носить. Почти каждая деталь отражает наш статус, от заколок до завязок на шляпе.
Я прижала ладонь к горлу. От приятного волнения перехватило дыхание.
– Аристократы украшают завязки бусинами, а военные чиновники…
Воспоминание было ярким и чётким. Я словно очутилась на том обрыве, под которым лежало тело Хёкчжина. На стражниках были военные шляпы, на которых петлёй висел шнурок с восковыми бусинами. Красная, жёлтая, красная, жёлтая, красная, жёлтая…
– Красная и жёлтая, – прошептала я. – Бусины того же цвета, что сжимал в руке убитый.
– Как чудно, – пробормотала Юль. – Ты выглядишь в точности, как дядя Вонсик, когда его посещает озарение.
Я ничего не ответила и выбежала из комнаты. Всё государство лежало у меня на ладони под стеклянным куполом, и я зачарованно разглядывала детали. Чёрное дерево женской шпильки, фиолетовое пятно на мужском халате, пыль на коленях деда. И вот они – бусины. Красные и жёлтые, одна за другой, покачиваются на шнурке шляпы. Два следователя сидят за столом, наливают себе по очередной пиале вина. И это вовсе не дворцовые стражники.
На землю легла крупная тень, и я сразу догадалась, кто стоит у меня за спиной.
– Восковая бусина… – прошептала я, дрожа от волнения. – Безымянный Цветок – военный чиновник.
– И не только, – сказал Вонсик. – Вспомни свой разговор с вдовой погибшего слуги.
– Получеловек, полуволк. Последние слова её мужа…
Тут я наконец поняла, что они означают. У большинства военных чиновников шляпы обычные, но у дворцовой стражи сверху украшены двумя вертикальными перьями, торчащими, как звериные уши. Перепуганный раненый человек вполне мог принять человека в такой шляпе за волка.
– Безымянный Цветок – один из придворных стражников, – уверенно произнесла я.
– Или желает им притвориться, – уточнил Вонсик и сцепил руки за спиной. – Ну как, юная госпожа Исыль? Каково найти ответ самой?
Я опустила взгляд на бусину на ладони и ответила, едва дыша от возбуждения:
– Головокружительно.
Вонсик улыбнулся, и в уголках его глаз собрались морщинки, а затем он и вовсе расхохотался от удовольствия. Не успела я оглянуться, как мы уже смеялись вместе, и в этот краткий миг мне искренне верилось, что всё закончится хорошо.
