Журавль среди волков полностью

Тэхён слегка склонил голову, и я проследила за его взглядом. На нас снова надвигался густой туман, смазывая очертания всего на своём пути. Вскоре он закроет обзор, и Ёнхо не сможет как следует прицелиться. А до меча не так далеко бежать.

– Ты же придворный шут, – напомнила я с нарочитой растерянностью. – Разве для тебя найдётся почётное место в новом государстве?

Он снова издал грубый смешок.

– Я унизил себя до предела, чтобы осуществить свой план. Врагов надо держать поблизости, а как попасть ближе к вану, если не став его шутом? Видишь, Исыль, я на всё готов, лишь бы получить то, что принадлежит мне по праву. Я убью Ёнсан-гуна и стану известен как его палач. Все обо мне узнают, народ меня вознесёт!

Туман приближался мучительно медленно.

Мы должны выиграть время.

– Ну же, не надо смотреть на меня с таким ужасом, – сказал Ёнхо. – После смерти вы станете цветами. Как моя мать.

– Это ты её убил? – спросил Тэхён.

– Её избил до смерти мой отец, когда она отказалась продавать шпильку. А я её похоронил, – произнёс Ёнхо без всякого выражения. – Потом она стала цветком.

– Как это?– спросила я, мысленно подгоняя туман. Быстрее, пожалуйста, быстрее.

– Ты не видела цветы прострела на кладбищах? Они появлялись на всех могилках, что я выкапывал животным, на которых учился стрельбе из лука. Они же росли над маминым телом в саду.

Я наморщила лоб, вспоминая о том, как всезнайка Суён рассказывала мне об этих цветах. «Жуткий цветок-старик вырастает на могилах, потому что в земляные холмы, которые над ними возвышаются, замешивают молотый известняк».

– Ты посыпал трупы известняком, – прошептала я.

Ёнхо пожал плечами.

– Это конфуцианский ритуал, ты не знала? Я где-то вычитал, что порошок известняка мумифицирует тело. И подумывал завести свой собственный небольшой сад из всех зверьков, которых пронзил стрелой в самое сердце. Ах, детство. Но мне наскучила эта беседа. У меня вообще-то дела есть, если помните. Ван сам себя не убьёт.

– Прошу, иди к нему и поспеши, пока Ёнсан-гун не сбежал, – ответил Тэхён.

– Разумеется, но только после того, как выполню другую задачу. Я давно понял, что рано или поздно придётся тебя убить.

Ёнхо снова прицелился, натянув тетиву у самого уха. Туман ещё не закрывал ему обзор, и я чётко видела, что он целится в меня.

– Не могу оставить на свободе тех, кто стремится сдать меня закону и отнять моё будущее.

– Нет. Нет, прошу. Не надо, – прошептала я, но тут же сорвалась на крик, когда он отпустил тетиву. – Не надо!

Всё произошло слишком быстро. Свист в ушах. Блеск стрелы. Тэхён со скоростью молнии шагнул в сторону, заслоняя меня собой. Раздался глухой удар, и он дрогнул, и отшатнулся назад. На секунду Тэхён застыл, но затем согнулся пополам. Я в ужасе смотрела на его ладони, окрасившиеся кровью, и у меня в груди нарастала паника. В глазах потемнело, и я помотала головой. Нет, это всего лишь ночной кошмар…

Ёнхо тяжело вздохнул и достал третью стрелу.

– Я рассчитывал сначала убить Исыль, увидеть выражение лица принца, пока тот смотрит на безжизненное тело своей возлюбленной.

Он расправил плечи и снова натянул тетиву.

– Хотел, чтобы принц почувствовал себя совершенно бессильным, не способным ни на что повлиять – как мы, обычные люди за пределами дворцовых стен, чья жизнь рушится из-за его брата.

Ёнхо ухмыльнулся, целясь в Тэхёна, едва стоявшего на ногах.

– Не будет пощады никому из семьи павшего вана. Да отравят его наложниц и сыновей, да сразят всех братьев, что закрывали глаза на его грехи. Вся знать, все чиновники будут наказаны за бездействие…

Нас окружила белая дымка.

Я схватила Тэхёна за руку и толкнула в сторону в ту же минуту, когда по воздуху громко просвистела стрела. Я бросилась к нему и увидела, как он лежит на земле, весь в крови.

– Исыль, – прохрипел он.

Ёнхо искал в тумане меч, но я уже сжимала в ладонях его холодную рукоять.

Ёнхо замер, но едва успел развернуться ко мне, как я вонзила лезвие ему в спину, со всей силы, разрезая кости и сухожилия. Повисла долгая тишина. Меч дрожал в моих руках, застрявший в грудной клетке убийцы. Тот покачнулся и издал оглушительный вопль. Рукоять выскользнула у меня из пальцев. Ёнхо поднялся на ноги и вытащил меч из раны. Меня бросило в холодный пот, и я отшатнулась. Сверкнул металл, ища моей крови, но мне удалось отскочить в сторону. Я врезалась плечом в дерево, крутанулась на месте и тут же споткнулась о корень. От паники всё мутилось перед глазами.

Я попыталась отползти по земле, но Ёнхо снова занёс надо мной…

Из тумана проступила мужская рука и схватила его за горло. А затем всё исчезло, растворилось в белой дымке.

Я сидела на земле, окаменев от потрясения. Два силуэта сошлись в схватке, давя, удушая, сопротивляясь. И снова тишина. Я поднялась и побрела по бескрайней белизне, словно в страшном сне, вытянув перед собой руки, ища знакомое тепло.

– Тэхён? – позвала я, но мне ответил лишь шум реки.