Однако только закрыла дверь на ключ, как обнаружила в коридоре Маню. Женщина стояла около двери своей комнаты с сигаретой в руке и явно поджидала меня. Она и раньше напоминала скелет, а теперь и вовсе превратилась в анатомическое пособие.
— Класс, — прокомментировала она, окинув взглядом мой далеко не лучший, но добротный наряд.
Сергей всегда говорил, что признак хорошей жизни — дорогая и неброская одежда. Я старалась этому правилу следовать. Но если большинство обитателей общежития подметили бы только количество дыр и катышков на одежде, то Маня всегда отличалась завидной наблюдательностью. Впрочем, я тоже. Скользнув взглядом по женщине, я с трудом подавила удивление. На дворе двадцать первый век, где она нашла сигарету без фильтра?
— Слышала, у тебя сын, — без обиняков сообщила Маня. — Поздравляю. Не придется переживать, что дочка блядью вырастет. А парень… парням все можно. — Маня улыбнулась, и вокруг ее глаз собрались почти старческие морщины. Интересно, сколько ей лет? Я никогда не спрашивала.
— И это твое благословение?
— А тебе нужно благословение? У тебя на пальце кольцо с бриллиантом. Мое благословение простое: не просри мужика, который его подарил.
Внезапно мне стало не по себе. Некогда мои соседи продолжали зимовать в промерзших квартирах и принимать ставки на то, кто первым ладно в больницу с пневмонией.
— Как вы тут?
— Нормально, — каркнула Маня. — Помолился и спать. Проснулся — крыша на месте. Помогло, значит.
Она попыталась усмехнуться, но вместо этого закашлялась. Надрывно так. И до мокроты.
— Что с тобой?
Клянусь, я хотела подойти к ней, но не смогла. Знаете, в жизни каждого человека наступает момент, когда он теряет о себе последние иллюзии и перестает пытаться казаться лучше, чем есть на самом деле. Познав и приняв себя, я вынуждена была смириться с горькой правдой: я брезговала бедностью и бедняками. Это меня не красит, но что толку врать? Манька мне почти нравилась, но коснуться ее костей и дряблой кожи я не смогла.
Тем более жутко стало, когда она легко и просто ответила:
— Рак легких.
Не знаю, что меня шокировало больше: эта новость или то, как Маня об этом заявила.
— Приятно, что хоть один человек этого не ожидал, — вдруг хмыкнула она по-доброму.
Будь на месте Мани кто-то другой, я бы, наверное, сначала выразила сочувствие. Хотя бы попыталась, но в общежитии не нужно думать о нормах этикета. В двери здесь входит первым тот, кто успел, руку не подает никто — опасно, а о том, что во время еды принято пользоваться ножом, никто даже не задумывается.
— У врача была? — спросила я. — Что говорят?
— Что у меня ни вшей, ни сифилиса, — хмыкнула Маня. — Когда достояла в очереди к онкологу, лечить уже было нечего. Два месяца осталось.
Когда мать бросила на с Поной, помню, Маня обозвала ее проституткой. Она многих обзывала проститутками, но мне все равно стало легче. Это был знак какого-никакого сочувствия. А еще она никогда не выгоняла нас из ванной, терпеливо дожидаясь очереди. Редкость.
Неожиданно мне стало за Маню так горько. Ей было не место в общежитии, что за злой рок витал над этой женщиной всю жизнь? Хоть бы кусочек справедливости для нее выбить. И, черт возьми, муж входил в правительство Петербурга, я могла это сделать.
Вернувшись домой, я решила поговорить с Сергеем, и он отреагировал положительно. Политику было выгодно заботиться о бедняках, причем чем показательней, тем лучше. Он обещал попытаться выбить для Мани деньги, ну а дальше перешел к своей любимой части:
— Но ты должна написать о ней статью, — потребовал взамен.
— Хочешь лучей славы, Сергей? — кисло поинтересовалась я, хоть и не собиралась сопротивляться, уже все для себя решив.
— Хочу, чтобы ты занялась тем, к чему у тебя несомненный талант.
— Ох, если выбирать профессию по такому принципу, то у нас проблемы. Тебе придется бросить политику и податься в специалисты по лести!
— Политики льстят друг другу даже больше, чем люди искусства, — не согласился Новийский. — Ну так что? — не дал он мне соскочить с крючка.
— Я напишу статью, — согласилась я. — Но никаких газет и редакторов. А то пока я бодаюсь с этими товарищами, Маня умрет.
Новийский помрачнел.
— Интернет, ты о таком слышал? Если договориться с админами больших групп в соцсетеях. — Я потерла пальцы друг о друга, намекая на, скажем там, аванс. — Можно привлечь внимание куда проще. И, конечно, дальше раскрутить блог с этой историей. Ты сам говорил, люди любят восстанавливать мнимую справедливость.
— Ты так сексуально планируешь захват виртуального мира, что я просто не могу подобрать контраргументы, — улыбнулся Сергей, дьявольски сверкая глазами.
Что ж, возбуждаться от амбиций друг друга не так уж плохо. А какие маленькие слабости делают приятнее вашу жизнь?
