Зимняя ведьма полностью

Кай с неохотой выполняет ее просьбу. Средство, безусловно, сильное, ибо едва он ложится в кровать, как его глаза закрываются. Он мгновение борется со сном, бормоча слова, которые получаются слишком нечеткими, чтобы я могла разобрать их смысл. Я глажу его лоб и нежно целую. Кай затихает, и его ровное, ритмичное дыхание говорит мне, что он провалился в сон.

Вернувшись на кухню, я с удивлением обнаруживаю там миссис Джонс. В руках она держит две лампы.

– Поспеши, дорогая, нам еще предстоит много работы, – говорит она, протягивая мне пальто и пастушью шляпу.

Я в растерянности – зачем кухарке понадобилось на улицу в столь жуткую погоду? А уж когда миссис Джонс вынимает из ящика стола разделочный нож, мое удивление и вовсе перерастает в тревогу. Заметив мой страх, кухарка решает все объяснить.

– Дорогая, ты выросла в Уэльсе. И тебе должна быть известна традиция закапывать под очагом лошадиную голову.

Я испускаю вздох ужаса, и она в нетерпении поднимает руку.

– Не время быть брезгливой, милая. Наши предки давно поняли, что дух лошади обладает большой силой. Это охранная магия. Легенда об этом тебе известна, не так ли? Все о ней знают, хотя никто не признается, что сам так поступал. Обычно говорят о своих соседях или дальних родственниках… Но мы-то знаем.

Я качаю головой, внезапно поняв, что именно требуется от меня, и ужаснувшись. Миссис Джонс хочет, чтобы я отрезала бедной Венне голову, принесла ее сюда и закопала под камином! Но я не могу! Отстранившись, я перевожу взгляд на одну из ламп в ее руке.

– Но ты должна, Моргана. Послушай.

Кухарка делает шаг вперед и дотрагивается до моего плеча так же, как делала мама, когда хотела объяснить, зачем что-то нужно делать. Но мне кажется, что это какое-то безумие.

– Слушай же! – настаивает миссис Джонс. – Кто-то проклял эти края. Зима пришла слишком рано и слишком неистово на нас набросилась. Каю нездоровится. Мы знаем, кто стоит за этими ужасными вещами. И Изольда не остановится ни перед чем. Эта женщина – прямая угроза твоему мужу, дому, твоей собственной жизни, дорогая. Мы должны сделать все возможное, чтобы защитить то, чем дорожим. Смерть этой старой кобылы – подарок судьбы. Она ведь так хорошо успела послужить Каю, и было бы неправильно, чтобы эта жертва оказалась напрасной. Ты ведь знаешь легенду, да?

Я киваю, смахивая слезы, которые жгут мне глаза.

– Легенда эта хорошо известна в здешних местах, – говорит миссис Джонс. – И не зря. Многие поколения местных жителей защищались от злых духов именно таким образом. Защищались от ведьм.

Я в замешательстве поднимаю руки.

– Злых ведьм, – продолжает кухарка. – Тебе бояться нечего, а вот Изольде, ох несладко же ей придется с таким оберегом, так ведь?

И все равно я не могу заставить себя взять нож. Покалечить несчастную Венну, изуродовать ее тело… Это так ужасно.

Миссис Джонс осторожно берет мою руку и вкладывает в нее нож, обернув мои пальцы вокруг рукоятки.

– Сделай это ради своей любви, милая. Сделай это ради Кая. Ты должна.

Она права. Я знаю. Знаю, что столь щедрым подарком пренебрегать не стоит. И я знаю, что сразиться с Изольдой будет для нас задачей не из простых. Смогу ли я в самом деле в нужной мере распорядиться силой Гримуара или же это окажется слишком рискованным? Мы должны себя обезопасить.

Я беру одну из ламп, и мы с миссис Джонс выходим на улицу. Брэйкен скулит – мы заперли его в доме, в предстоящем деле песик мне не помощник. Ледяной дождь прекратился, но землю уже сковал лютый мороз. Воздух такой обжигающе холодный, что я не могу рта раскрыть. Мы спешим к стойлу Венны. Остальные кобылы переместились подальше, инстинктивно отшатнувшись от ее трупа.

– Займись Ханни, – говорит миссис Джонс. – Нужно ее увести.

Ханни перспектива работать в ночное время не нравится категорически, и мне приходится буквально тащить ее из стойла за уздечку. Я надеваю на ее широкую шею хомут и прицепляю цепи. Миссис Джонс помогает мне обмотать их вокруг несчастной Венны. Из-за холода движения мои скованны и медлительны. И как только миссис Джонс так хорошо справляется? Я знаю, ее артрит доставляет ей немало хлопот. Я натягиваю поводья Ханни, а миссис Джонс хлопает ее по крупу, и в конце концов лошадка неохотно идет вперед, волоча за собой непомерную ношу по замерзшему булыжнику двора. Мы идем на луг, за сарай, где сохранился участок не промерзшей еще земли.

– Подойдет, – заверяет миссис Джонс. – Спрячем труп Венны за хворостом. Кай слишком слаб, чтобы дойти сюда. Похороним ее тело как следует в другой день.

Я хочу возразить, но слишком хорошо знаю, что не время устраивать сцены. Я падаю на колени. Я глажу прекрасную мордочку Венны в последний раз.

Прости меня, малышка. Мы нуждаемся в твоей помощи. Кай снова нуждается в твоей помощи.