Мы молча произнесли молитву, после чего я выключила свет и спустилась вниз.
Метель бушевала всю ночь. Сосновые ветви тонко скрипели и стучали в окна, холодный ветер задувал во все щели.
Посреди ночи я поднялась, чтобы взять второе одеяло. Вид полицейской машины, припарковавшейся в конце улицы, должен был меня успокоить, но этого не произошло. За ночь пришлось встать три раза — в двенадцать, в половину третьего и в четыре утра. Мальчики мирно спали, хотя Арч один раз проснулся и подошел к окну, чтобы посмотреть в бинокль на полицейскую машину. Около пяти я погрузилась в глубокий сон, однако не прошло и часа, как меня разбудил телефонный звонок.
— Голди, — в голосе Одри Куперсмит звучала настоящая паника, — нам нужно поговорить. Я скоро буду.
— Гхм-м-м, — невнятно пробурчала я.
— Карл вернулся, — выпалила подруга на одном дыхании, — он заезжал и говорил с Хизер о своей женщине.
— Заезжал, — уткнувшись в подушку, повторила я.
— Он собирается жениться. Когда Карл пришел, в доме находились полицейские, но он даже не спросил, все ли со мной в порядке, даже не поинтересовался, что происходит.
— Одри, — сказала я как можно сочувственней, — он не обязан этого делать.
Внезапно я почувствовала запах кофе. Теперь я могла думать только о нем, но в то же время старалась понять, о чем говорит подруга.
— Даже спустя все эти годы я не могу привыкнуть к его поведению…
Я уткнулась в подушку и промолчала. Похоже, Одри настроилась на долгий рассказ о проступках бывшего.
— Послушай, извини, но я занята.
— Слова Карла глубоко задели Хизер! Не знаю, как она это переживет.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста Одри, дай мне еще немного поспать! Обещаю, что позже перезвоню.
— Тебе все равно! — взвизгнула Одри. — Всем все равно!
Прежде чем я успела возразить, подруга бросила трубку. Ворча я вылезла из кровати и пошла на чарующий запах кофе. Джулиан уже встал и даже успел принять душ. Странно, но Одри даже не упомянула о Сьюзан Феррелл, хотя полицейские приходили к ней в дом именно из-за убийства. Возможно, после этого они поехали в школу.
Арч пришел на кухню в семь. Лицо его уже не было таким ярко-розовым. Я немного удивилась, что сын надел джинсы и лыжный свитер, однако виду не подала. Сын достал из шкафа коробку с кукурузными хлопьями.
— Ты все-таки решил ехать в школу?
Арч прекратил накладывать хлопья и одарил меня суровым взглядом.
— Джулиан сказал, что ребята не будут смеяться над моим лицом, потому что кататься целый уик-энд на горных лыжах — это круто. К тому же я хочу послушать, что будут говорить полицейские, и узнать, поможет ли Французский клуб родным мисс Феррелл. Им ведь еще нужно купить цветы, отослать родителям соболезнования…
Через час мальчики уехали. Вскоре позвонил Шульц и сказал, что ему нужно будет съездить в Лейквуд — выяснить кое-какие подробности в деле Кейси Эндрюс. На вопрос о самочувствии я честно ответила, что выжата, как лимон.
— Я должна попытаться выяснить, что происходит. Мисс Феррелл хотела поговорить со мной о Джулиане. Теперь я попытаюсь обсудить этот вопрос с Перкинсом.
— Так держать, — ободряюще сказал Шульц, — ты вполне заслуживаешь доверия.
— Да, надеюсь.
Том пообещал встретиться со мной в ближайшую пятницу в «Таттеред кавер». Последнее школьное собрание запланировали провести в книжном магазине. Я пообещала уточнить, все ли в силе относительно моего участия.
— Помни, что это последняя встреча выпускников. Скоро все закончится.
Слова Шульца не принесли облегчения, но я улыбнулась.
— Единственное, что меня утешает, — это возможная встреча с тобой.
— Вот-вот, и не забывай об этом! Мной немало женщин интересуется.
Тихий смех Тома стал бальзамом для моей усталой души.
Школьная секретарша сообщила, что директор Перкинс очень занят: ему приходится вести переговоры с полицией, родителями и учителями, так что в ближайшие дни о встрече можно забыть. Девушка попросила меня оставаться на линии. По-видимому, ожидание длилось достаточно долго — за это время я успела мысленно воспроизвести рецепт острой закуски с сыром рокфор, которая должна была скрасить наш вегетарианский ужин. В конце концов секретарша вернулась. Относительно пятничного собрания все оказалось в силе, мне оставалось только продумать меню.
— Если вам так хочется, — добавила девушка, — директор Перкинс готов переговорить с вами по поводу Джулиана Теллера в пятницу утром.
Слово «если» привело меня в крайнее возмущение.
Неделя прошла в непрекращающихся переговорах с клиентами, которые уже начали задумываться о Дне благодарения и Рождестве. Каждый день я звонила Марле, которая была для меня неоценимым источником слухов и сплетен, касающихся городской жизни. К сожалению, из-за сломанной ноги она не могла посещать свои спортивные занятия, поэтому информацию ей приходилось получать опосредованно. По словам подруги, выходило, что Эгон Шлихтмайер встречается с кем-то из спортивного клуба.
— И это несмотря на Сьюзан Феррелл? Правда?
