– Хорошо-хорошо! – Муан поднял руки. – Не нужно этого делать, если не хочешь. – Он подошел к Шену и встал рядом. – Давай так, высвободи силу и просто дай ей разойтись во все стороны. Так мы хотя бы оценим, на что ты способен.
– Хочешь, чтобы пик Черного лотоса переименовали в пик Голого лотоса?
– Считаешь, твоей силы хватит уничтожить все вокруг? – снисходительно улыбнулся Муан.
– Разве не ты только что говорил, что я могу использовать больше силы, если перестану сдерживаться?
– Хм. Не настолько же.
После подобного заявления Шену действительно захотелось проверить свои возможности. Но пик Голого лотоса видеть все же не хотелось.
Он задумался.
– Если я высвобожу силу, деревья не пострадают?
– Ты про эти угли? – уточнил Муан.
– Я про свою бамбуковую рощу!
– Просто будем в дальнейшем называть ее угольным полем.
Шен неуверенно промолчал.
– Ты же сам говорил про весеннюю уборку.
– Хорошо…
Шен закрыл глаза.
«Просто почувствовать силу и словно выпустить ее из себя…»
– Это должно выглядеть как духовная аура, – добавил Муан.
– Ты учишь этому своих учеников?
– Конечно. Хотя, когда я учу их этому, они еще мало что умеют, их аура редко распространяется дальше метра.
– А твоя какая? – заинтересовался Шен, открыв глаза.
– Смотри.
Муан отбежал в сторону и развернулся к нему. Согнув руки в локтях, он встал в боевую стойку и активировал свою духовную ауру. Воздух зарябил вокруг него, в нем словно появилась сверкающая дымка, как рассветный туман, переливающийся в лучах восходящего солнца. Эта энергия образовывала купол радиусом около десятка метров.
Шен помнил, как во время медитации увидел собственную ауру, которая напомнила ему скопление звезд. Аура Муана казалась почти ее противоположностью, но восхищала не меньше. Будто позитив и негатив в фотографии, две их ауры имели радикальные отличия, и в то же время очевидные сходства.
Здесь и сейчас аура Муана так контрастировала с серостью и чернотой окружающего пространства, что у наблюдающего со стороны Шена захватывало дух. И в сердце этой слепящей красоты застыл беловолосый мечник, будто сошедший с небес небожитель.
– Хорошо, теперь я! – воскликнул Шен и вновь прикрыл глаза.
Его дыхание стало медленным и размеренным, он чувствовал биение своего сердца, удар за ударом, и ощутил скопление силы внутри груди, живое и пульсирующее. Сила, которую он смог сделать частью себя. Мерцающее ядро. Заслуга это, наказание или неизбежный ход вещей – мерцающее ядро было тем, что он не мог вырвать из своей груди. В этот момент показалось, что даже вырви у него сердце – он будет жить, пока мерцающее ядро не остановит свою пульсацию.
Эта сила была чистым восторгом, он больше не боялся ее и не пытался укротить.
Шен словно сделал долгий выдох и вместе с этим выдохом позволил силе свободно течь сквозь него. Чувствовал землю, чувствовал небо, ощущал воздух, который стал плотнее, сила по нему расходилась во все стороны, как сеть капилляров в его теле, как нейронная сеть в его разуме, как звездная вселенная.
Шен ощутил восторг и невесомость. Мир перевернулся.
[Поздравляем! Мерцающее ядро полностью адаптировано! +1000 баллов к силе главного героя Шена!]
Он открыл глаза и увидел над собой белесое небо с россыпью черных звезд. И спустя минуту осознал, что это черные крупицы пепла парят в воздухе. Он чувствовал каждую клетку в своем теле. Чувствовал, как кровь вместе с силой бежит по венам. Чувствовал сеть меридиан, наполняющих клетки энергией. И ощущал теплый и невероятно прекрасный источник силы внутри себя – мерцающее ядро, светящуюся тьму.
Он долго лежал так и пролежал бы еще дольше, если бы крупицы пепла не стали оседать на лицо, попадая в глаза.
Шен резко сел и осмотрелся. Вокруг оседал черный пепел. Склон горы просматривался на много метров вокруг. Вдалеке виднелось черное озеро. Хотя бы на другой его стороне бамбуковый лес все так же трепетал на ветру.
«Буду называть это место Лысый склон, – решил Шен. – А где Муан?»
Он резко подскочил и завертелся по сторонам. Старейшины пика Славы нигде не было видно.
– Муан!
Шен прислушался к их связи и осознал, что серебряная нить тянется к черному озеру. Он стремглав бросился туда, не совсем понимая, что произошло с прославленным мечником.
Несмотря на события в Хэфане, люди в Кушоне продолжали жить своими жизнями, лишь изредка вспоминая о произошедшей трагедии. Темными вечерами в едальнях собирался люд, и тема Хэфаня вновь обретала глаза и уши, обрастала бородой и новыми подробностями. Яркое пламя костров на равнине за городом усиливало ощущение чего-то грядущего, и народ Кушона чувствовал, что нечто грандиозное по силе или внушающему страху еще впереди. Ибо армия его величества заняла окрестные холмы. Около десяти тысяч воинов стояли в окрестностях Кушона, готовые противостоять невидимому врагу. Жители города чувствовали себя под защитой, и вместе с тем неведение и ожидание порождали все новые слухи.
