– А если они окажутся в опасности? – настаивала я. – Или ещё кто-то здесь?
Он молчал. Где-то вдали слышались завывания кота, с которым ушёл Арчи, и сопение Скелета.
– Я попрошу полицию прислать констебля, – наконец сообщил мистер Анастос. – Пусть проследят.
– Но… – попыталась вставить я.
Он поднял палец.
– Я поговорю с леди, чтобы она предсказывала только хорошее.
Оливер вскинул бровь. Мы скептически отнеслись к тому, что леди Афине можно указывать, что делать.
– Не беспокойтесь, мои дорогие, – продолжил мистер Анастос, и его лицо осветилось улыбкой опытного конферансье. – Всё будет хорошо. Греческий театр пережил много бурь, выстоит и сейчас. В конце концов, представление продолжается!
Я не разделяла уверенности мистера Анастоса в том, что всё будет хорошо. Несмотря на все наши усилия, сегодня вечером представление всё равно состоится, и я была в ужасе. Случиться могло всё что угодно.
А мне к тому же запрещено выходит вечером из дома. Как я могу расследовать дело, не появляясь на месте преступления?
Вместе с Оливером и Скелетом я удручённо возвращалась домой. И пусть я узнала тайну леди Афины, но так и не представляла, кто на самом деле скрывался за предсказаниями.
Поужинав, я уединилась в своей комнате с блокнотом. Пора обновить заметки по делу.
Происшествия:
Невероятное возвращение ожерелья мисс Ли из могилы отца.
Возвращение кота миссис Баркер, который пропал много месяцев назад.
Письмо, полученное зрителем от умершей жены.
Приличная сумма денег, присланная миссис Ламберт по почте.
Предсказание, что перед смертью дядюшки мистера Хенли посетит призрак (произошло или нет, неизвестно).
Памятник на могиле Каролины Спринг, украшенный венком из белых лилий (на поверку оказавшихся рододендронами).
Неожиданная победа лошади мэра на скачках.
Убийство актёра Теренса Клирвотера.
Подозреваемые:
1. Леди Афина. Выигрывает очень много оттого, что предсказания сбываются, но удивилась, когда узнала, что кота кто-то принёс. Врёт о способностях медиума, но по-настоящему верит в предсказания. Когда убили актёра, сидела в гримёрке под замком.
2. Мистер Хайд. Тоже много выигрывает как муж и управляющий делами леди Афины. Вёл себя подозрительно. Но, кажется, беспокоится за жену и хочет, чтобы она прекратила выступать. Был заперт в гримёрке, когда произошло убийство.
3. Мистер Анастос? Как владелец театра тоже много выигрывает от спектаклей леди Афины и её популярности. Может он стоять за предсказаниями? Но мистер Анастос был поражён случаем с котом и смертью Теренса Клирвотера.
А миссис Анастос?
4. Кто-то ещё, связанный с театром? Актёр?
Оливер постучал в дверь, хотя она была открыта настежь. Скелет бросился ему навстречу со своего места у камина.
– Уже разобралась? – спросил Оливер, прислонившись к притолоке.
Я отложила ручку и испепелила его взглядом.
– Не глупи.
Он пожал плечами.
– Может, я в тебя верю.
– А если зря? – сказала я, просматривая записи, и потёрла глаза. – Боюсь, мы топчемся на месте. – Я подняла голову. – Оливер, это безнадёжно! Как мне раскрыть дело, не выходя из спальни? Надо идти в театр. Сегодня вечером.
Оливер вытаращил глаза.
– Ну нет! – Он поднял руки. – Ты опять за своё.
Я спрыгнула с кровати и подошла к нему, перешагнув через Скелета, который устроился на ковре. Нужно было говорить тихонько, чтобы не привлечь внимания.
– Кто бы этот негодяй ни был, обстановка обостряется, – прошипела я. – Убив однажды, он может это повторить. Я не могу сидеть и ждать, когда случится несчастье! Если представление продолжается, нам нельзя отставать.
– Как ты собираешься остановить убийцу? – спросил Оливер.
– Раньше останавливала, разве нет? – огрызнулась я.
Мне казалось, что случай с убийством у Семи Ворот и Чёрной вдовой ещё свеж в его памяти.
– «Мы» остановили, – перебил он, но я отмахнулась.
– Мы будем не одни. Нас двое, Скелет, Нико и Элени…
Я уже ломала голову, как осуществить дерзкий побег.
Вернувшись к туалетному столику, я обмакнула перо в чернила и начала писать. Наступила тишина, потом Оливер заговорил:
– По-моему, ты им слишком доверяешь.
Он сбил меня с мысли.
– Что?
Он пожал плечами.
– Ты им слишком доверяешь. Они тесно связаны с театром и вполне могут в этом участвовать.
Я удивлённо посмотрела на него.
– Они наши друзья, – возразила я.
– И не входят в твой список подозреваемых? – спросил он.
Я сверилась с записями, зная ответ.
– Нет, – наконец сообщила я.
Он ничего не ответил, более того, мне показалось, что он меня осуждает.
– Слушай, – заговорила я, – они ведь на нашей стороне. Сейчас нужно придумать, как незаметно улизнуть. Где все?
Оливер вздохнул и вытянул руки, загибая пальцы.
– Твой отец работает в конторе. Томас у себя в спальне. Мэдди на кухне помогает твоей маме мыть посуду. Эрнесто ушёл домой.
Я кивнула.
– Значит, дорога через главный вход свободна, и можно тихо прошмыгнуть. Хорошо. Слушай, иди разыграй спектакль: зевни и сообщи маме и Мэдди, что ложишься спать. Можно сказать, что плохо себя чувствуешь. Потом оденемся поприличнее, скатаем простыни, положим их под одеяла и улизнём в театр.
