– Мне кажется, отец, будто ты рад спихнуть свою дочь с глаз долой! – вспылил Арлан, чем знатно меня удивил. Я и не думал, что средний сын воеводы способен перечить отцу, да еще и вступаться за сестру.
– Я не хочу, чтобы она осталась моей головной болью на всю жизнь! – рявкнул воевода. – Амаль нужен муж! Кроме предложения Ак-Сарина, я не получил ни одного! И вряд ли получу, учитывая славу моей дочери и слухи, которые ходят о ней и… кхм… мужчинах ее отряда.
– Глупости! – отрезал Беркут. – Достопочтенный воевода, мы – верная свита наместницы. Ничего более.
– Расскажи это недалекой знати, любящей почесать языками в лавке брадобрея.
– Прошу прощения, достопочтимые отец и брат, – прервала их Амаль, и в ее зычном голосе проступила так хорошо знакомая мне сталь. – В последнее десятилетие женщины получили право принимать участие в решении своей судьбы. Так вот, я прошу вас учитывать мое мнение. И я согласна на предложение Ак-Сарина.
Неужели план Тира сработал?! Он был слишком шаток, слишком дерзок, но, на удивление, жизнеспособен!
– В отличие от тебя, твоя сестра понимает, что другого такого шанса не представится, – голос воеводы сочился ликованием. Еще бы, он оказался как никогда близок к тому, чтобы избавиться от опостылевшей обузы. – Амаль станет вторым человеком в Мирее. Разве этого недостаточно для счастья?
– Велико счастье – править нашей бывшей колонией, – фыркнул Арлан. – Как бы этот брак не обернулся траге…
– Решено! – оборвал сына воевода. – Завтра же я отправлю согласие Ак-Сарину! Пусть шлет прошение императору и приезжает в Даир для сватовства! Амаль, к приезду навиров все готово?
Я вновь навострил уши.
– Да, к завтрашнему вечеру сборы будут закончены. Для Айдана подготовили экипаж.
– Завтра я соберу большое собрание, на которое приглашу советников и навиров. Обговорим план действий. Надеюсь, мы все живыми и здоровыми доберемся до Даира.
Чьи-то твердые шаги приблизились слишком быстро, отчего я едва успел отскочить от двери. Воевода прошествовал мимо, ворча на среднего сына. Арлан терпеливо слушал, но весь его вид кричал о том, что он готов и дальше возражать отцу. Амаль с Беркутом не спешили покидать кабинет, дверь которого так и осталась приоткрытой. Поддавшись мимолетному болезненному любопытству, я проскользнул внутрь, чудом не столкнувшись с командиром. Он деловито окинул взглядом небольшой холл, убеждаясь в отсутствии лишних ушей, и со злостью захлопнул дверь.
В кабинете наместницы царил полумрак, разрываемый лишь пятью свечами в витом канделябре на ее письменном столе. Кресло пустовало. Амаль стояла у окна, задумчиво глядя на свое отражение в стекле. Я же выбрал себе место за камином. Там оказалось особенно темно.
– Почему я узнаю о предложении Ак-Сарина последним, наине? – возмутился Беркут.
– Я знала, что ты не одобришь, – пробормотала Амаль, – но это хороший шанс для меня. Единственная возможность занять высокое место. Пусть и не в Нараме. Если Айдан придет к власти, то не оставит меня в живых. Мне нужно спрятаться, и Тир со своим предложением оказался весьма кстати.
Голос Амаль звучал глухо и безжизненно. Будто она сама не верила в то, что говорила.
– Ты же знаешь, что там назревает переворот?
– Поэтому я и нужна Тиру. Наш брак – сделка, ничего более.
– Я слышу в твоих словах Мауру. Она все же сумела привить тебе свои ценности? – в голосе Беркута скользило разочарование.
– Нет. Это только мое решение, – отрезала Амаль и отвернулась.
Беркут подошел ближе, бесцеремонно схватил ее за плечи и развернул к себе, будто намереваясь поцеловать… или влепить пощечину. Уверен, в душе командира клокотала буря ревности и гнева. Его женщина предпочла выйти замуж за другого – за того, кто сулил ей безбедную жизнь и власть.
– Ты терзаешь себя, наине. Я знаю тебя лучше, чем кто бы то ни было, – пробормотал Беркут, вглядываясь в глаза наместницы. – Скажи мне, что тебя гложет? Брак с Ак-Сарином, будь он неладен? Еще есть возможность отказаться.
Амаль потрясла головой и устало прикрыла глаза.
– Нет у меня этой возможности, иначе Маура убьет его.
Беркут на мгновение опешил, как и я.
– Кого?
– Ингара, – выдохнула она. – Мое согласие на брак с Ак-Сарином – ее условие. Иначе Маура не ударила бы и палец о палец, чтобы спасти его. Мне пришлось выторговать у нее его жизнь.
Голова зазвенела, будто от удара поленом по затылку, а в груди собрался тугой комок ругательств. Да, Тир получил Амаль, но я никак не ожидал, что наместница даст ему согласие в обмен на мою жизнь! Как это вообще могло произойти?! Да кто я такой?!
– Ты хоть понимаешь, что натворила?! – взорвался Беркут. – Ингар – простой солдат! Да, он защищал тебя, но то же самое сделал бы любой из твоего отряда! Неужели ты готова принести свою жизнь в жертву ради каждого из нас?!
– Нет, не готова, – помолчав, призналась Амаль. – Ингар – не каждый. Я… я не могу этого объяснить.
– И не надо, – усмехнулся Беркут. – Кто бы мог подумать, что моя наине влюбится в перебежчика, которого считала недостойным ее отряда! Ты заслуживаешь большего, Амаль.
