По Кордове прокатилась обычная для того времени волна еврейских погромов — местное население обвиняло евреев в том, что они наслали заразу на город. Левит с воскрешенными женой и сыном ушли из города. Что именно имел в виду демон, когда говорил, что будет получать то, что ему причитается, Левит понял, когда буквально за месяц до своего шестилетия его сын все-таки умер. Они прожили с женой еще около двадцати лет, у них родилось еще пятеро детей — три сына и две дочери, но оба мальчика умерли, не достигнув шестилетнего возраста. Выжили только дочери. У дочерей, вышедших замуж, история повторилась, сыновья умирали в возрасте пяти лет, дочери выживали.
К концу своей долгой жизни Левит до конца осознал, в чем заключается смысл проклятья — его род не сможет быть продолженным по мужской линии, только по женской. Исполнить то, чего требовал от него Открывающий врата он уже не мог — при одной мысли о возможном убийстве на него нападало что-то вроде болезни Святого Витта. Магические способности его дочерям не передались. И тогда Левит решил написать книгу обо всем. В ней он не только рассказал в своей сделке, но и в подробностях описал сам обряд воскрешения. Он надеялся, что когда-нибудь в его роду снова появится могущественный маг, способный провести такой обряд и при этом достаточно хладнокровный, чтобы совершить ради снятия проклятия двойное убийство. Двойное — потому что нужно было не только совершить полноценный обмен, но и вернуть «долг». Опасаясь, что книга попадет в неблагонадежные руки, он так зачаровал ее, что ее могут прочитать только те, в чьих жилах течет кровь Левитов.
Перед смертью Левит посвятил в свою тайну одного из своих учеников. Тот не был его кровным родственником и не мог прочесть книгу, но поклялся Левиту сохранить ее для потомства. Левит умер, а его ученик бежал из Испании в Италию и там основал нечто вроде ордена Хранителей, которые должны были следить за потомками Левита, чтобы не пропустить момента, когда в его роду появится волшебница. В один прекрасный день Хранители надолго потеряли след Наследниц — после эпидемии чумы в четырнадцатом веке их семья была почти полностью уничтожена религиозными фанатиками, традиционно посчитавшими, что евреи опять наслали мор на христиан, а оставшиеся бежали из Тироля, где они жили на тот момент, в неизвестном направлении. Несколько веков существования ордена Хранителей они то находили потомков Левита (но они оказывались сквибами), то вновь теряли их следы. Постепенно среди Хранителей стали появляться волшебники, что значительно облегчило их задачу по поискам. Удача улыбнулась им лишь в конце двадцатого века (к тому моменту в ордене состояло трое волшебников и один магл — Штерн, Розенберг, Башевис и Коган). Наследница, достаточно сильная ведьма и потомок Левита, была найдена на территории Британии. Единственный оставшийся в живых Хранитель Башевис связался с Дамблдором, в чьей школе училась волшебница, с целью убедиться окончательно. В восемьдесят девятом году он приезжал в Хогвартс, чтобы увидеть ее лично и с помощью особых магических приемов получить бесспорные доказательства тому, что наследство Ицхака Левита наконец-то обретет своего истинного хозяина (в данном случае хозяйку).
Когда Дамблдор замолчал, в кабинете повисла весьма долгая и напряженная тишина. Даже Фоукс, тихонько курлыкавший на протяжении всего рассказа Дамблдора, теперь сидел тихо, нахохлившись и прикрыв глаза. Из портретов бывших директоров никто даже не считал нужным притворяться спящим и теперь все они, не отрываясь, смотрели на Диану, как и сам директор, Башевис и Снейп.
«Бред. Такого не бывает. Башевис ошибается. Он точно ошибается» — вот единственные мысли, которые сейчас вертелись в ее мозгу. Она тряхнула головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.
Голос Дамблдора, вновь зазвучавший в этой тишине, резал по ушам:
— Надеюсь, Диана, вы уже поняли, что Ицхак Левит — ваш предок.
— Таких предков врагу не пожелаешь, чтоб ему вертеться в гробу пропеллером! — она вскочила и, подойдя к окну, принялась барабанить по нему пальцами. — И что мне теперь делать с таким «наследством»?!
Дамблдор тяжело поднялся из-за стола и подошел к Диане. Встав у нее за спиной, он мягко положил руку ей на плечо, отчего она вновь ощутила уже знакомое умиротворение «Точно, гипноз» — подумала она, но теперь эта мысль уже не так коробила ее. Она глубоко вдохнула и повернулась к присутствующим.
