Она снова взяла его за левую руку и осторожно приподняла рукав, открывая Метку. Из груди ее вырвался вздох облегчения: на месте жутковатой татуировки насыщенного темно-серого цвета красовался невнятный рисунок, словно нарисованный шариковой ручкой и стершийся, контуры черепа со змеей теперь лишь едва угадывались. Значит, действительно всему конец. Диана кончиками пальцев погладила Метку и тут же отдернула руку, подумав, что это может быть ему неприятно.
— Прости, — пробормотала она, опуская рукав обратно, — я должна была убедиться… Знаешь, а она стала такой бледной, почти незаметной! Это хорошо, верно?
Диана снова прикрыла глаза. Долгое нахождение не в постели после трех недель пребывания в горизонтальном положении сказывалось — болела спина и голова начинала кружиться от слабости, но возвращаться на свое место не хотелось. Приятная тяжесть руки Северуса, которую она положила к себе на колени, рождала ощущение близости и уюта. Может быть, он и не слышит ее и даже не знает, что она сейчас с ним, главное — он жив, а значит — самого страшного удалось избежать. Она посидит еще немного, а завтра придет снова. И будет приходить до тех пор, пока он не поправится. Привезет сюда их мальчика и главное — архив, врученный ей Дамблдором. Никто в Визенгамоте не осмелится оспорить записи Дамблдора — на каждой странице имеется личная печать покойного директора, подделать которую невозможно. И тогда никто не посмеет назвать ее Северуса предателем. Даже те, кто спит и видит его либо мертвым либо коротающим дни в самой мрачной камере Азкабана в компании дементоров.
— Мисс Беркович, — шипящий шепот где-то за ее спиной вырвал Диану из блаженной задумчивости, она вздрогнула и обернулась. На пороге палаты, воинственно уперев руки в бедра, стояла мадам Помфри и осуждающе смотрела на нее.
— Кто вам разрешил вставать да еще и разгуливать по лазарету?! — сердито спросила колдомедик. — Вы должны находиться в постели еще как минимум два дня!
— Я больше не могу валяться, — шепотом ответила Диана, бережно опуская руку Снейпа обратно на постель, — к тому Гарри сказал мне, что профессор в коме, я решила навестить его. По-моему, ему это точно не повредит.
— Ну-ка, вставайте и марш в кровать, — мадам Помфри профессиональным движением подхватила Диану под локоть, помогая встать с кровати. — Профессору, конечно, не повредит, а вот вам может и навредить. Вы слишком уж резво пытаетесь вернуться к привычному образу жизни, а это может быть чревато. Хотите снова слечь недели на две?
— Так уж и на две, — пробурчала Диана, послушно укладываясь на кровать. — Мадам Помфри, а что с профессором? Кто его ранил, почему он в коме?
— Ах да, вы же не знаете, — вздохнула Помфри, помогая Диане улечься поудобней. — На него напала змея Волдеморта. Вы про нее, наверное, слышали?
Диана похолодела. Северус во время их последней встречи упоминал эту змею, которую считал крестражем. Даже если та и не была им, при мысли, что она могла наброситься на него и искалечить его даже сильнее, чем в свое время Артура Уизли, ей стало нехорошо. Как же она должна была его искусать, чтобы Северус впал в кому?
Она провела рукой по внезапно вспотевшему лбу.
— Что она с ним сделала? Он так сильно ранен?
— Ран как раз было немного, — ответила Помфри. — Она только прокусила ему шею. Гарри нашел его умирающим в Визжащей хижине и доставил сюда. Кстати, мистер Сметвик говорит, что вас принесли в Больничное крыло вместе, даже пришлось поставить носилки рядом — так много тут было раненых, которых нельзя было перемещать. Это потом он распорядился запереть его в боксе, опасался, что найдутся те, кто захочет поквитаться с ним, пока он в таком состоянии.
— А были такие?
— Была одна старуха. Сунулась было сюда, но я ее отвадила. Она все кричала, что пришла отомстить за какого-то Куинси Пеппера.
Диана вспомнила: аврор Куинси Пеппер погиб во время налета на две магловские деревни в ноябре 96-го года. Снейп тогда в этой операции участия не принимал — он в это время по приказу Волдеморта штурмовал Министерство. Но родственникам погибших доказать его невиновность будет крайне сложно. Тем более что большинство настоящих виновников вне пределов досягаемости: или в Азкабане или на том свете, а Снейп — вот он, беззащитен и беспомощен, ату его.
