– Знаете, мне кажется, это ущелье, или долина, существовало здесь и раньше. И ручей точно так же бежал по дну и утекал в перевал. Затем какие-то природные катаклизмы вроде оползня – а может, виной всему было упавшее дерево – заблокировали ручью дорогу, и впадина превратилась в озеро с покрытыми болотной растительностью берегами. Внутренние берега время от времени обваливались, дожди приносили в озеро обломки камней, размытую глину и остатки растений, постепенно его засоряя. Более легкие субстанции поднимались на поверхность, перемешиваясь с растительностью на берегах, а тяжелые оседали на дне, образовывая толстый слой ила. Вода постепенно гнила и густела, превращаясь в топь. Думаю, подобные процессы происходили не раз. Осмелюсь предположить, что болото делилось на части, состав которых немного отличался из-за особенностей их формирования. Возможно, время от времени вода пробивала себе дорогу на волю, и болото становилось более плотным. А потом выходы снова забивались, размягчая почву и превращая в топь. Полагаю, что за несколько веков это ущелье не раз становилось таким, каким мы видим его сейчас, и вновь принимало облик болота, существовавшего здесь всего несколько часов назад.
Ни у кого не нашлось возражений, поэтому мы просто продолжили свой путь.
Поравнявшись с местом, где меня спасла Нора, мы тщательно его осмотрели, вновь мысленно пережив недавний кошмар. Трудно было поверить, что этот утес, выступающий в центре ущелья, в тот роковой час казался всего лишь кочкой посреди болота. Взобравшись на вершину, я вытащил из кармана складной нож и крестом обозначил то место, где стояла нога моей смелой спасительницы.
После этого мы вновь двинулись в путь. Поднявшись выше по склону, мы поравнялись с тем местом, где по обе стороны ущелья вырисовывались каменистые выступы с ровными отвесными стенами, образовавшие что-то вроде узких ворот. Дик указал нам на эту особенность:
– Видите! Это как раз то, о чем я говорил, предположив, что болото было разделено на секции, или полости, или резервуары, – назовите как угодно. Более того – своеобразие Змеиного перевала состоит в том, что он буквально прорезает холм насквозь! Но это мы увидим позже.
Мы сошлись во мнении, что на другой стороне находилось то место, где, по словам старика Мойнахана, его отец последний раз видел французов. Сгорая от любопытства, мы с Диком решили перейти через ущелье, чтобы убедиться в правильности наших выводов. Ведь если мы верно определили место, то непременно увидим там букву Y, выложенную Диком из камней. Джойс и Нора не захотели отпускать нас одних, поэтому нам пришлось пройти чуть дальше – туда, где склоны становились более пологими и пригодными для спуска, а дно – каменистым и ровным, с тоненьким ручейком, бежавшим посредине.
Когда мы оказались на дне ущелья, Джойс, озираясь по сторонам, вдруг сказал:
– Что это за квадратный предмет позади высокого камня на противоположной стороне?
Подойдя поближе, он громко вскрикнул и поманил нас к себе. Мы бросились к Джойсу, и нашим взорам предстал деревянный сундук, примостившийся в небольшой нише у подножия высокой скалы. Крышка была нетронута, но один из нижних углов пробит, как если бы доски треснули во время падения. Из образовавшейся щели вывалилось несколько монет, которые, как мы вскоре обнаружили, оказались золотыми.
На крышке сундука мы разглядели буквы RF из какого-то металла, поблекшего и проржавевшего от многолетнего пребывания в болоте. С боков виднелись громоздкие металлические ручки, к которым было прикреплено что-то белое. Мы как раз наклонились, пытаясь рассмотреть, что это такое, когда Нора вдруг тихо вскрикнула и спрятала лицо у меня на груди, словно в ужасе от представшего ее взору зрелища.
Приглядевшись, мы поняли, чего она так испугалась. Каждую ручку сжимали пальцы скелета, лишенные плоти. Все было ясно без слов, и мы молча обнажили головы.
– Несчастные! – произнес Дик. – Они с честью выполнили свой долг. Охраняли сокровище до последнего вздоха. Видите! Очевидно, они ступили со скалы на топкую поверхность болота, которое тотчас же их засосало вместе с сундуком. Смотрите, как болото сохранило предметы! Эти кожаные ремни, прикрепленные к ручкам сундука, были перекинуты через плечи солдат, поэтому сундук и утянул их на дно. Они просто не успели высвободиться из ремней. Как бы то ни было, это не умаляет их смелости. Эти верные своему долгу ребята даже в минуту смертельной опасности не отпустили ручек сундука. Видите, их мертвые пальцы до сих пор сжимают металл. Франция может гордиться своими сынами! Эту картину можно было бы изобразить на щите или гербе: сундук с золотом, посланный в качестве помощи солдатам, и поддерживающие его руки.
Мы некоторое время смотрели на сундук и останки солдат, а потом Дик сказал:
– Джойс, эта земля принадлежит вам вплоть до завтрашнего дня, так что вы вполне можете оставить сокровище себе. Если же надумаете отдать его государству, то получите сколько-то процентов от общей стоимости, только ждать этого придется целую вечность.
