Без лишних обсуждений Адальг облачился в помятые доспехи, запрыгнул на коня и заранее обнажил клинок. Новый скакун был не чета старому – постоянно вздрагивал и прядал ушами. Но зато королевская стража была всё та же. Прошедшие множество битв, гвардейцы безропотно сопровождали монарха в своей золочёной броне с множеством росчерков, и их алебарды горели, как факелы, отражая огонь. Быстрым маршем направились они к самому жаркому котлу сражения. И прибыть они должны были как раз примерно тогда же, когда и островные солдаты.
При виде того, как щитовики и копейщики эльсов заперли узкий проём меж обрушенных стен, Адальг взорвался ненавистью.
– Король идёт! Король идёт! – вскрикивали глашатаи.
– Король пришёл! – взревел Адальг и, подняв трясущейся от боли рукой свой щит, звонко постучал по нему мечом. – За мной, мои солдаты! Это конец войны! Здесь сидит мятежник, и мы наконец покончим с ним! И это будет победа короны – победа закона!
– Ур-ра-а-а! – зарокотали расчёты, десятки, сотни, фланги и передовые.
– За мной, мои воины!
– За короля!!
Адальг без колебаний развернул коня носом прямо в проём, ощерившийся копьями. И ударил шпорами. Скакун рванулся вперёд, Адальг поддал, затем выпрямил его морду прямо в блестящую сталью смерть. И на полном скаку влетел в непробиваемую стену чёрных эльсов. В последний момент, не желая погибать, жеребец взвился в воздух – он хотел перепрыгнуть. Но ни один конь не сумел бы такого; он налетел грудью на верхний уровень пик – и они пронзили его насквозь. Но не смогли остановить мощь его тяжеленной туши, которая обрушилась на головы защитников. И Адальг, ловко подобрав ноги, соскользнул в гущу вражеской толпы, где сумел лихо вскочить и распрямиться.
Он ничего не боялся. Там, в замке, его ждёт Эпонея. И он пойдёт за ней хоть один, прорезая себе дорогу через мятежников.
Оглушительный рёв рядовых из-за спины отразился от каждой пластины в броне. Брешь была пробита, и сквозь неё воины прорывались внутрь, как неминуемый потоп через разбитую плотину. Во главе этого наводнения был он, Адальг, который рубил и колол, и лихо отбивал щитом даже при больной руке, которую пришлось вправлять несколькими часами ранее. Он бросил все свои силы на то, чтобы прогрызть плотный строй оборонительных отрядов, и остановился, переводя дух, когда по обе стороны от него вновь встали верные золотые бойцы. Они загородили его собою, а он мог сквозь их алые плюмажи разглядеть, как внутрь прорываются тяжёлые рыцари Эдорты со змеиными стягами.
Стоило авангарду пролиться внутрь стен, как начался новый обстрел. Засевшие на крышах домов ружейники эльсов не жалели пороха. Ночь зашипела фонтанами искр. Но правосудие было уже не остановить: они прорвались в черту города.
Адальг оперся на меч и тяжело дышал, подняв забрало. Воздуха было мало. Всё болело. Плечо пронзительно ныло, стоило ему только подумать о том, чтобы вновь поднять щит.
– Назад уже не выйти, – пробормотал ему сэр Родерик, один из лучших его друзей и его неизменный страж в покрытой золотом броне.
– Назад мы и не пойдём, – выдохнул Адальг в ответ и утёр пот ладонью. – Туда нет пути. Только вперёд. В Летний замок.
– Опасно здесь стоять. Нас слишком хорошо видно со стен и с крыш.
– Ещё минуту, Родерик, молю.
Адальг упёр вторую руку в своё колено и понял, что даже земли под ногами уже не видит. То ли пот заливает глаза, то ли тьма стала сверхъестественной, как в кошмарах.
Неужели Демон действительно согнал к себе всех дворянских девиц? Будет ли он держать их в заложниках? Какую подлость он придумает на сей раз, чтобы попытаться избежать плахи.
Неожиданный порыв ветра охладил разгорячённые лица. Адальг недоуменно поднял глаза на опустевшие городские улицы. Действительно, штиль очень утомлял. Но этот ветер…
Из глубины Брендама, нарастая, стал доноситься множественный писк. Тьма ожила, превратилась в отблески сотен мелких телец. И через считанные мгновения отдалённая возня превратилась в настоящий град летучих мышей. Шуршание тысяч крыльев заполонило пространство, поглотило весь воздух, разразило верещанием притихшие улицы. Нетопыри посыпались на нападающих. Адальг зажмурился и резко отвернулся, так что одна из кинувшихся в него мышей ударилась в его стальной шлем. Он успел скинуть забрало прежде, чем мелкие твари вцепились ему в нос и в глаза. Нетопыри летели на стрелков, артиллеристов, в лица мечникам и в морды рыцарским лошадям. Они заполонили всё небо, а их омерзительные повизгивания зазвенели в ушах.
«Даже не думай, что это тебе поможет», – скрипнул зубами Адальг. И заорал:
– Стреляйте по ним! Не давайте им сломить вас! В бой, мои воины! Это последний вздох тьмы!
Он вырвал себя из оцепенения. Презрел боль в плечах, поднял щит, располосовал мрак мечом.
– Вперёд! Вперёд! – крикнул он, и командиры подхватили его клич. Отважные дестриэ понесли своих всадников дальше, на улицы, а первые отряды стрелков успели влезть на захваченную часть стены.
И тогда порыв ветра пошатнул даже мышиные орды.
