– Вот и вы наконец… А я-то вас всё жду, жду, всё прошу его не забирать меня… И вы пришли… самый отважный на свете полководец, самая искусная в мире чародейка…
Оба гостя остолбенели, и Валь успела лишь подумать, поражённая, а граф выдохнул:
– Софи?
«Как Софи? Почему Софи? Почему, она ведь давно ушла в Дол? Я что, не узнала бы Софи?!» – обомлела Валь. Она не могла вымолвить ни слова, только округлила глаза и замерла у ног жрицы; на покрывале её свернулся кольцом старый коралловый аспид. Теперь, только теперь она видела свою кормилицу за этим помрачневшим татуированным лицом. Экспиравит же отложил свою трубку и бросился к пожилой женщине, которая с материнским восторгом протянула к нему дрожащие руки.
– Я думал, ты мертва, Софи; много лет уже так думал! – зашептал граф и встал на колени рядом с лежанкой. Его перчатки переплелись с её пальцами, они глядели друг на друга, не отрывая обожающих глаз. От такого зрелища Вальпургу обуяла ревность, она быстро шагнула навстречу, чтобы тоже оказаться рядом. Изумление, возмущение на себя и на чужеземца, посмевшего встать между ней и Софи, страх раскрытия перед врагом и просто детское желание сесть на пол и разреветься захлестнули её с головой.
– И ты подойди, моя хорошая, и ты, – подозвала её Софи надломленным голосом. Валь не стала садиться, но склонилась, оказавшись плечом плечу с Демоном.
Действительно, это была она. Вот уж кто воистину перевоплотился! В этой неухоженной, нелюдимой женщине было не узнать ту энергичную, человеколюбивую гадалку и добродушную няньку. Она просто перестала ощущаться как Софи, и потому Вальпурге никогда не пришло бы в голову, что это она.
И ведь она до неё нянчила проклятого Экспиравита и могла теперь ему всё рассказать!
Недоумение сменилось леденящим ужасом. Но Софи уверенно взяла её пальцы второй рукой и продолжила говорить:
– Я и правда была мертва, милые мои, – слова клекотали в её горле. – Великий Змей воззвал ко мне, но Владыка Горя повелел вернуться. Я надела чёрное, чтобы продолжать служить людям, но это была уже не я. И лишь сейчас, перед моим последним путём, он позволил мне – именно мне – повидаться с вами. Я сделала всё, для того чтобы ты мог прийти.
– Софи, – одними губами прошептал граф и трепетно поцеловал её руку. – Почему?..
– Иногда так бывает, мой маленький демон, – утешительно сказала она ему. – Мы должны уйти ради чего-то большего. Но я не могла забыть ни тебя, ни мою верную ученицу. Я всегда была рядом с вами, хоть вы и не знали этого…
«Ученица? Почему ученица? Ты учила меня разве что косы заплетать, но… может быть, ты действительно знаешь, кого надо изобразить ради меня? Как настоящая чародейка?» – сбивчиво думала Валь.
Не раз она видела последние часы умирающих в постели людей. Долг змеиных дворян был прощаться друг с другом, присутствуя рядом с покидающим мир стариком. Она узнавала этот лихорадочный пот, это угасающее сознание. Эту пришедшую проводить в мир иной змею.
Как она могла знать?
– Софи, – жалобно выжала из себя Валь. – Зачем ты?..
– Вы всё обязательно поймёте, – пообещала жрица и вздохнула. Затем притянула к себе голову Экспиравита и что-то прошептала ему на ухо. Тот выслушал, отстранился и в смятении уставился на неё. А она жестом велела ему отвернуться и поманила к себе уже Вальпургу.
Валь встала коленями на холодную землю, в которую втопталось немало соломы. И тоже склонилась ухом к Софи.
– Не переживай, моя милая, – проскрежетала ей жрица. – Мальчик в самых надёжных руках, и ему уготована ещё долгая и славная жизнь. Скоро он вернётся к тебе, а ты… не забывай, что у тебя тоже есть родители.
Она похлопала её по плечу, отодвигая от себя. Секреты закончились, и они с графом снова склонились к ней вдвоём.
– Ну вот… вот я и увидела вас, – по-старушечьи проскрипела Софи вновь. – Не так, как хотела бы, но мне уже не дождаться. Мне пора, а вы… ты, милая, слушайся Экспиравита: он никогда не теряет своих ориентиров, никогда не предаёт себя. А ты, Демон, слушайся её тоже; она видит дальше, видит многое, и её советы ценнее, чем всё золото мира. Тяжело здесь будет, сами Боги сойдутся в битве за эту землю. Но вы справитесь. Вот и всё, вот и всё; теперь мне пора, но я хоть увидела вас.
Всё в Вальпурге восстало, она заметалась в душе, а внешне оставалась просто растерянной. Граф же скрючился над Софи, продолжая держать её руку.
– Неужели ты прогонишь? – пробормотал он. – Не дашь даже?..
– Нет, не дам, – хмыкнула та. – Наглядитесь ещё на то, как люди испускают дух, если вам ещё мало. Уходите, а мы с моим Хитрецом встретим Схолия. Вам тут быть ни к чему.
– Мы не согласны, – уже упрямее встряла Валь.
– А я вас не спрашиваю, – непреклонно ответила Софи. – Я хочу встретить Бога Горя лицом к лицу, наедине. Уходите и приходите завтра. Пускай меня похоронят, как всех. А для ритуала придётся позвать схолита из города… О чём бишь я? Уходите, иначе я обижусь на вас. Смертельно.
– Встретить тебя, чтобы тут же потерять вновь… – пробормотал Экспиравит.
