К вспышкам гнева мага из Большого города Сантар привык через два дня. На поверку ее холодность оказалась маской, за которой скрывался темперамент похлеще, чем у старейшины Фарата. Оставалось только дивиться такому удивительному самообладанию. Для всех изгоев маг из Большого города была спокойной, чуть высокомерной Сайарадил Вэй с вечно застывшим равнодушием на лице - для Сантара же она была Саей, которая, скрываясь от изгоев за стеной березовой рощи, сходила с ума от безделья. Странно было видеть ее все ту же, но строго беседующую со старейшинами; в такие моменты казалось, что в ней живет две сущности. Сбитый с толку Сантар не мог отделать от мысли, что все это его забавляет.
На севере время мерялось лунами; полная луна уже дважды миновала небосвод, но старейшины по-прежнему считали, что ей правильней сидеть взаперти.
- Они бояться Общего схода изгоев, - качал головой Сантар. - Если сход проголосует против их решения оставить тебя, это подорвет их авторитет! Здесь много северян, и они будут против тебя так же, как Бьён. Но назаров не меньше, а они во главе с Ли-Секом проголосуют за. Вандов немного, но они будут за тебя - так же как чернокожие ребята Ротр-Дея будут против. Южане разделились, как Фарат и Райзаб. У Варвадара нет общины... Старейшины не могут предугадать решение большинства, поэтому всеми силами попытаются избежать созыва схода.
- А мне что делать? - простонала Сайарадил.
- Ждать, - ответил Сантар.
Каждый новый день казался бесконечно долгим. Чтобы занять страдающих от безделья постояльцев чем-то полезным, знахарки усадили их колоть молодую лещину. Сантар принялся методично орудовал щипцами. Сая нервно расхаживала по комнате, затем присела на скамейку рядом с ним и принялась грызть орехи, тоскливо поглядывая в окно. На подоконнике примостился страшненький птенец, покрытый грязно-белым пухом. Сантар впервые принес его сегодня и был, кажется, не рад этому; птенец тоже недовольно хохлился. Сайарадил нашла их очень похожими.
- Что это за птица? - спросила она. - Сокол?
- Сокол-сапсан, - кивнул Сантар.
- Мой отец не любит соколиную охоту, - поделилась Сая. - Он говорит, лучше охотится самому, чем оставлять все удовольствие птице.
- Учитель разводит соколов, - вздохнул Сантар. - Может, он в прошлом был сокольничим?
- Не знаешь, кем был твой учитель? - удивилась Сая.
- У нас о прошлом не спрашивают... Обычно учитель никого не подпускает к своему птичнику, но этого хиляка он почему-то поручил мне, - добавил Сантар ворчливо. - Наверное, хочет проверить мое терпение на прочность!
- Ты хоть имя ему дал? - вздохнула Сая.
- А надо? - искренне удивился Сантар.
- Это же теперь твой сокол!
Сантар подцепил двумя пальцами куцее крылышко птенца.
- Зачем такому задохлику имя? Не думаю, что он долго протянет!
- Бедный птенчик, - печально сказала Сая. - Как бы тебя назвать... Что, если Нур? Это же значит 'ветер', да?
Сантар кивнул и проворчал:
- Странное имя для сокола.
- Просто всплыло в памяти... Я совсем не знаю назарский, - вздохнула Сая и вдруг подозрительно прищурилась: - А сколько языков знаешь ты? Эндарий, северное наречие и назарский нардан, кажется, тоже...
- Эндарий на равнинах знают все, - пожал плечами Сантар. - А на севере я вырос, как же не говорить на местном наречии?.. Отец научил меня кмехскому, но у кмехов нет письменности... А вот нардан я знаю лучше прочих. Мама говорила со мной только на назарском. Она же настояла, чтобы я изучал нарданскую письменность. Каждый день после утренних тренировок и до обеда, сколько себя помню...
- Ты читаешь нардан? - поразилась Сайарадил; в Эндросе знатоки сложнейшей назарской письменности были наперечет.
- Я говорю, пишу и читаю на трех нарданских диалектах, - в голосе Сантара промелькнуло самодовольство.
Сайарадил не нашлась, что сказать. Подумать только, три диалекта! Едва ли в Эндросе сыщется кто-либо с подобными знаниями!..
- Этот малец не годиться для охоты, слишком слабый, - продолжал между тем Сантар.
- Может, воздушная почта? - предложила Сая.
- Соколы не так привязаны к гнезду, как голуби.
- Ты его даже не тренировал! А ведь назары используют соколиную почту.
- Заморыш надорвется письма таскать, - проворчал Сантар и щелкнул птенца по клюву.
Обретший имя Нур недовольно распушил перышки и отпрыгнул в сторону.
- Будешь так с ним обращаться, он никогда тебя не полюбит, - предупредила Сая.
- Мне не нужна его любовь, - поморщился Сантар, хватая птенца в охапку и возвращая на место. - Мне нужна преданность.
Сайарадил задумчиво насупила брови. Порой в Сантаре проступало нечто такое, от чего пробирал холодок. Может, все дело в темных, почти черных глазах? Или острых скулах, под которыми залегли тени? Его лицо с легкостью сменяло улыбку на злую гримасу. Вот если бы он был повыше ростом...
Перехватив ее оценивающий взгляд, Сантар вопросительно приподнял брови.
- И что ты делал до того, как я попала сюда? - скрывая неловкость, насмешливо спросила Сая. - Сторожил еще кого-то?
Сантар метнул на нее убийственный взгляд.
