- Не может быть, - пораженно сказала Сая, глядя, как наставник отодвигает груду свитков, чтобы освободить место для книг.
***
Тишину храмового архива нарушал лишь шелест переворачиваемых страниц. Верховный методично просматривал старые назарские хроники. Он был в приподнятом настроении: сегодня ему повезло наткнуться на прелюбопытную запись из летописей древнего назарского монастыря.
'В девятый год эпохи Мэй мы, последователи школы Небесной печати, получили на сохранение от наших собратьев-моах реликвию: филигранный камень, идеально сливающийся с узорами на поверхности Саркофага. Каждый из братии обязуется защищать реликвию моах ценой собственной жизни...'
Рисунок реликвии, пусть и потертый, но вполне отчетливый, был здесь же. Воистину, сегодня Небо благосклонно к своему слуге!
По воздуху вдруг пробежал легкий шепоток.
- Кто здесь? - спросил Верховный жрец; ответом была гулкая тишина. - Показалось...
Решив продолжить исследование, он взял толстый фолиант. Насколько он помнил, монастырь школы Небесной печати прекратил существование сразу после выхода назаров из состава Республики. Все его имущество должно было перейти школе Трех врат как самой старшей и почитаемой у назаров...
- Кто ты, невидимка? - спросил Верховный, не поднимая глаз. - Я чувствую твое волнение... Думал, что сможешь спрятаться от меня?
Он не видел, но явственно ощущал чье-то назойливое внимание и мысли. Беспокойные, мысли роились, слово пчелу вокруг спелого арбуза... Верховный сконцентрировался, пытаясь выхватить суть.
'Вы не наставник... Вы больше не Арамил!'
Верховный вздрогнул и привстал со стула.
- Кто ты? - прошептал он.
Ответом ему была тишина.
Все дальше и дальше на север, туда, где темнота становилась густой, словно чернила - Сая неслась, не в силах затормозить безумный полет. Равнины и перелески, реки и озера, мелькавшие внизу, смазывались от быстрого полета, поэтому Сайарадил не сразу поняла, когда внизу начался дикий лес. Темное небо справа порозовело - где-то далеко занимался рассвет.
'Сая, пожалуйста! - голос, который вел ее, становился громче с каждым мгновением. - Даже если ты вернешься в Большой город и примешь посвящение - даже если забудешь меня и пойдешь против изгоев - все неважно, только не умирай!'
Стремительный полет замедлился; внизу промелькнула цепь предгорных холмов. Среди стены деревьев показалось небольшое ущелье и долина, спрятанная в кольце утесов. Обострившимся до предела зрением Сайарадил отчетливо увидела фигуры, замершие перед ущельем. Пять, десять... Двенадцать серых стражников, посланных вернуть ее.
Полет ускорился. Ущелье скрылось из виду; из темноты впереди вынырнула прогалина, освещенная костром. Сайарадил успела лишь заметить мохнатую фигуру у огня, как вдруг страшная сила потянула ее вниз. Тело налилось тяжестью, как после сна в неудобной позе.
- Сая! - прошептали совсем рядом.
Сайарадил открыла глаза и зажмурилась от бликов пламени. Сантар, склонившийся над ней, охнул и схватил Саю в охапку.
- Ты очнулась! - закричал он ей прямо на ухо.
- Не так громко! - простонала Сайарадил, морщась от ломоты в теле.
- Если бы он звал тебя тише, ты бы не вернулась, - раздалось позади.
Возле костра сидел Отшельник и чертил что-то пальцем по земле. Он был похож на свернувшего клубком медведя; капюшон нависал на его лицо по самый нос.
- Он прав, - сказала Сайарадил, приподнимаясь.
Сантар помог ей сесть и протянул флягу с водой.
- Так ты слышала, как я тебя звал? - попытался он за улыбкой скрыть неловкость.
- Я никогда не приму посвящения, - вместо ответа сказала Сайарадил, - не пойду против изгоев и... не забуду.
Из-под капюшона раздалось хихиканье. Сантар метнул на Отшельника убийственный взгляд, а тот запустил в него еловой шишкой.
- Но кое-что мне все-таки придется сделать, - сказала Сая, поднимаясь на ноги. - Я должна вернуться в Эндрос!.. Ответь мне, - обратилась она к мохнатой шубе, - если поручитель утратил право на свое имя, можно ли снять печать без него?
Хихиканье оборвалось. Отшельник сдвинул капюшон на лоб; вплетенные в его косы амулеты весело звякнули друг о дружку.
- Поручитель отказался от своего имени... добровольно? - спросил он.
- Мой наставник больше не Арамил, - сообщила Сая. - Теперь он - Верховный жрец Эндроса!
- Так и знал! - хлопнул себя по коленкам Отшельник и, вскочив на ноги, подбежал к Сайарадил. - Но откуда тебе это известно?
- Видела во сне, - твердо сказала та.
Отшельник прищурился.
- Что, если это уловка? - протянул он. - Ошибка в ритуале будет стоить тебе жизни - не говоря уже о том, что я сам могу пострадать!
- Ты что, боишься смерти? - фыркнула Сая.
- Боюсь? - хохотнул Отшельник. - Да я мечтаю о ней!.. Но, к сожалению, умереть я не могу.
Сайарадил хотела задать вопрос, но в этот миг из-за деревьев на поляну вышел здоровенный клыкастый кабан. Даже Сантар, который был готов к подобному, передернулся от омерзения при виде полусгнившей туши - Сая же, увидев многоликого, издала сдавленный всхлип и попятилась назад. Отшельник замахал руками, и зверь скрылся в чаще, оставив после себе стойкий гнилостный аромат.
