И все-таки, несмотря на отвагу воспеваемых поэтами пиратов, бандитский промысел в основе своей — как на море, так и на суше — имел не столь романтическую материальную подоплеку. Это признавал гомеровский Одиссей:
…Один лишь не может ничем побежден
быть желудок
Жадный, насильственный, множество
бед причиняющий смертным
Людям: ему в угожденье
и крепкоребристые ходят
Морем пустым корабли,
принося разоренье народам.
Как следует из текста, в ту пору немногие торговцы рисковали доставлять свои товары по морю («пустому»), так что пираты промышляли преимущественно набегами на прибрежные районы.
… Покинувши Крит, мы в открытое море
Вышли с быстропутным,
пронзительно хладным Бореем…
Плыли как будто по стреме, легко;
и ничем ни один наш
Не был корабль поврежден;
нас здоровых, веселых и бодрых,
По морю мчали они, повинуясь кормилу
и ветру.
Дней через пять мы к водам
Светлоструйным потока Египта
Прибыли: в лоне потока легкоповоротные
наши
Все корабли утвердив, я велел,
чтоб отборные люди
Там, на морском берегу, сторожить
их остались; другим же
Дал приказание с ближних высот
обозреть всю окрестность.
Вдруг загорелось в них дикое буйство;
они, обезумев,
Грабить поля плодоносные жителей
мирных Египта
Бросились, начали жен похищать
и детей малолетних,
Зверски мужей убивая, —
тревога до жителей града
Скоро достигла, и сильная ранней зарей
собралася
Рать: колесницами, пешими,
яркою медью оружий
Поле кругом закипело…
…Отовсюду нас смерть окружила;
Многих тогда из товарищей медь
умертвила, и многих
Пленных насильственно в град увлекли
на печальное рабство.
Иногда морскими разбойниками становились по случаю, поддавшись искушению легкой добычи. В одной из легенд рассказана история Ариона из Мефимны, знаменитого кифариста. Разбогатев в Италии благодаря своему искусству, он решил вернуться на родину, в Коринф. В порту находился корабль земляков, согласившихся взять богатого пассажира. В море Арион предавался пению, завораживая умных игривых дельфинов. Моряки, позарившись на чужое добро, бросили несчастного кифариста в море.
А на берегу потрясенных пиратов ожидал Арион вместе с воинами. Оказывается, дельфин подхватил на спину сладкоголосого певца и доставил его на сушу. Корабельщиков казнили.
Интересные и поучительные изменения происходили с греческими богами и духами природы. Так, в древнейших сказаниях Не-рей представлен старцем, не имеющим особой силы и власти. Его дочери, нимфы нереиды, были буйными воплощениями непредсказуемой морской стихии; океанидами назывались нимфы озер и рек. Со временем, по мере освоения греками морских просторов, Посейдон превратился в одного из могущественных богов, порой не уступающего Зевсу в величии. Нимфы обернулись прекрасными женщинами.
Мифы отражали общественнное сознание. А оно, естественно, изменялось. «Освоение» владений Посейдона — прежде всего отчаянными разбойниками — сказалось и на отношении людей к бескрайним водным просторам. Море становилось источником не только новых знаний, но и богатства: лучших пород скота, рабов (а чаще заложников, освобожденных за выкуп).
Между прочим, и в древнейших египетских мифах тоже порой проступает человеческая сущность богов. К примеру, Ра на 363-м году царствования отправляется с войском в Нубию, а в Египте демоны решают устроить мятеж. Узнав об этом, он в священной Ладье Вечности с сыном Хором стал курсировать по Нилу. Хор уничтожал врагов, которые порой принимали облик гиппопотамов и крокодилов.
